Неточные совпадения
Запустело
место, где жил отец Софонтий, куда сходились
на соборы не только отцы с Керженца и со всего Чернораменья, но даже из дальних
мест, из самой зарубежной Ветки. Запустело
место, откуда выходили рьяные проповедники «древлего благочестия» в Прикамские леса,
на Уральские бугры и в дальнюю Сибирь… «Кержаками» доныне в тех
местах старообрядцев зовут, в память того, что зашли они туда с Керженца, из скитов Софонтьева согласия.
Видит бес, что одному ему с Исакием не сладить, — пошел в свое
место, сатану привел, чертенят наплодил, дьявола в кумовья позвал да всем
собором и давай нападать
на отца Исакия…
Через час после обеда
собор начался. Середь келарни ставлен был большой стол, крытый красным кумачом.
На нем положили служебное евангелие в окладе, с одной стороны его
на покрытом пеленою блюде большой серебряный крест, с другой — кормчую книгу. Десятка полтора других книг в старинных, почерневших от времени переплетах положены были по разным
местам стола.
Ведомо вам, что в мимошедшем седьмь тысящ триста пятьдесят седьмом году, ианнуария в третий день,
на память святого пророка Малахии, господин митрополит всех древлеправославных христиан по долгу своего пастырства, помощь желая сотворить всем в Российской державе пребывающим древлеправославным христианам, столь изнемогшим в проявлении духовных чинов, по совету всего освященного
собора, рукоположил во епископа
на Симбирскую епархию господина Софрония, и для общей пользы смотрительно препоручил ему
на время правление и прочих
мест в России,
на что и снабдил его своею святительскою грамотою.
Неточные совпадения
Расспросивши подробно будочника, куда можно пройти ближе, если понадобится, к
собору, к присутственным
местам, к губернатору, он отправился взглянуть
на реку, протекавшую посредине города, дорогою оторвал прибитую к столбу афишу, с тем чтобы, пришедши домой, прочитать ее хорошенько, посмотрел пристально
на проходившую по деревянному тротуару даму недурной наружности, за которой следовал мальчик в военной ливрее, с узелком в руке, и, еще раз окинувши все глазами, как бы с тем, чтобы хорошо припомнить положение
места, отправился домой прямо в свой нумер, поддерживаемый слегка
на лестнице трактирным слугою.
Не день и не два по разным
местам разъезжали конторщик Пахом да дворецкий Сидорушка, сзывая «верных-праведных»
на собор в Луповицы. За иными приходилось ехать верст за восемьдесят, даже за сто. Не успеть бы двоим всех объехать, и вот вызвались им
на подмогу Кислов Степан Алексеич, Строинский Дмитрий Осипыч да еще матрос Фуркасов. Напрашивался в объезд и дьякон Мемнон, но ему не доверили, опасаясь, не вышло бы от того каких неприятностей.
— Вот, — продолжал Николай Александрыч, — я все вам сказал. А из тамошних
мест едет племянник наш Егорушко, скоро увидим его. Привезет он вести обо всем, что творится у наших братьев
на подножьях горы Араратской. Вот я поведал
собору о «веденцах». Сами судите, идти ли нам из здешних северных
мест на юг араратский.
По
местам встречались надгробные памятники, а
на половине дороги аллея прервалась, и мы увидели большой Успенский
собор.
Постойте, я еще бокал выпью, — помните вы там одно
место в конце, когда они — сумасшедший этот старик и эта прелестная тринадцатилетняя девочка, внучка его, после фантастического их бегства и странствий, приютились наконец где-то
на краю Англии, близ какого-то готического средневекового
собора, и эта девочка какую-то тут должность получила,
собор посетителям показывала…