Неточные совпадения
Прискучили леса и пустыни, прискучили благочестивые старцы; не иноческой тишины мне хотелось, хотелось повидать дальние страны, посмотреть на чужие государства, поплавать по
синему морю, походить по горам высоким.
Ой, мимо двора,
Мимо широка
Не утица плыла
Да не серая,
Тут шла ли прошла
Красна девица,
Из-за Красной Горки,
Из-за
синя моря,
Из-за чиста поля —
Утиц выгоняла,
Лебедей скликала...
Несутся в солнечных лучах сладкие речи бога любви, вечно юного бога Ярилы: «Ох ты гой еси, Мать-Сыра Земля! Полюби меня, бога светлого, за любовь за твою я украшу тебя
синими морями, желтыми песками, зеленой муравой, цветами алыми, лазоревыми; народишь от меня милых детушек число несметное…»
Любы Земле Ярилины речи, возлюбила она бога светлого и от жарких его поцелуев разукрасилась злаками, цветами, темными лесами,
синими морями, голубыми реками, серебристыми озера́ми. Пила она жаркие поцелуи Ярилины, и из недр ее вылетали поднебесные птицы, из вертепов выбегали лесные и полевые звери, в реках и
морях заплавали рыбы, в воздухе затолклись мелкие мушки да мошки… И все жило, все любило, и все пело хвалебные песни: отцу — Яриле, матери — Сырой Земле.
Не стая белых лебедей по
синему морю плывет, не стадо величавых пав по чисту́ полю выступает: чинно, степенно, пара за парой, идет вереница красавиц.
Хоть не за
морем, за океаном, не за
синими реками, не за высокими горами, а где-то далеко, сама не знаю я, где…
Девы готские у края //
Моря синего живут. // Русским золотом играя, // Время Бусово поют. // Месть лелеют Шаруканью, // Нет конца их ликованью… // Нас же, братия-дружина, // Только беды стерегут.
Утро чудесное,
море синее, как в тропиках, прозрачное; тепло, хотя не так, как в тропиках, но, однако ж, так, что в байковом пальто сносно ходить по палубе. Мы шли все в виду берега. В полдень оставалось миль десять до места; все вышли, и я тоже, наверх смотреть, как будем входить в какую-то бухту, наше временное пристанище. Главное только усмотреть вход, а в бухте ошибиться нельзя: промеры показаны.
Мать и сын теперь на воле; // Видят холм в широком поле; //
Море синее кругом, // Дуб зеленый над холмом. // Сын подумал: добрый ужин // Был бы нам, однако, нужен. // Ломит он у дуба сук // И в тугой сгибает лук, // Со креста снурок шелковый // Натянул на лук дубовый, // Тонку тросточку сломил, // Стрелкой легкой завострил // И пошел на край долины // У моря искать дичины.
Неточные совпадения
За лугами, усеянными рощами и водяными мельницами, зеленели и
синели густые леса, как
моря или туман, далеко разливавшийся.
Берег обрывом спускался к
морю почти у самых стен ее, и внизу с беспрерывным ропотом плескались темно-синие волны.
Переодевшись без торопливости (он никогда не торопился и не терял самообладания), Вронский велел ехать к баракам. От бараков ему уже были видны
море экипажей, пешеходов, солдат, окружавших гипподром, и кипящие народом беседки. Шли, вероятно, вторые скачки, потому что в то время, как он входил в барак, он слышал звонок. Подходя к конюшне, он встретился с белоногим рыжим Гладиатором Махотина, которого в оранжевой с
синим попоне с кажущимися огромными, отороченными
синим ушами вели на гипподром.
У
синего моря урядник стоит, // А
синее море шумит и шумит, // И злоба урядника гложет, // Что шума унять он не может.
Ночь прошла, и кровяные зори // Возвещают бедствие с утра. // Туча надвигается от
моря // На четыре княжеских шатра. // Чтоб четыре солнца не сверкали, // Освещая Игореву рать, // Быть сегодня грому на Каяле, // Лить дождю и стрелами хлестать! // Уж трепещут
синие зарницы, // Вспыхивают молнии кругом. // Вот где копьям русским преломиться, // Вот где саблям острым притупиться, // Загремев о вражеский шелом!