Неточные совпадения
— Лыска!.. Орелка!.. Жучка!.. По местам, проклятые!.. Цыма, Шарик!..
Что под ноги-то
кидаешься?.. По местам!.. — кричали на собак монахи и насилу-насилу успели их разогнать.
Выглянула Фекла в окно, всплеснула руками. Бросив столешник,
что держала в руках, накрывая стол для ужина,
кинулась вон из избы с радостным криком...
Меж тем Василий Борисыч в келарне с девицами распевал. Увидев,
что с обительского двора съезжает кибитка Марка Данилыча, на половине перервал он «Всемирную славу» и
кинулся стремглав на крыльцо, но едва успел поклониться и мельком взглянуть на уезжавшую Дуню. Смолокуров отдал ему степенный поклон и громко крикнул прощальное слово. Она не взглянула. Как вкопанный стал на месте Василий Борисыч. Давно из виду скрылась кибитка, а он все глядел вслед улетевшей красотке…
Фленушка с Марьюшкой ушли в свои горницы, а другие белицы,
что ходили гулять с Прасковьей Патаповной, на дворе стояли и тоже плакали. Пуще всех ревела, всех голосистей причитала Варвара, головница Бояркиных, ключница матери Таисеи. Она одна из Бояркиных ходила гулять к перелеску, и когда мать Таисея узнала,
что случилось, не разобрав дела,
кинулась на свою любимицу и так отхлестала ее по щекам,
что у той все лицо раздуло.
Неточные совпадения
Оттого,
что Печорин в рассеянности или от другой причины протянул ему руку, когда тот хотел
кинуться ему на шею!
Случилось так,
что Коля и Леня, напуганные до последней степени уличною толпой и выходками помешанной матери, увидев, наконец, солдата, который хотел их взять и куда-то вести, вдруг, как бы сговорившись, схватили друг друга за ручки и бросились бежать. С воплем и плачем
кинулась бедная Катерина Ивановна догонять их. Безобразно и жалко было смотреть на нее, бегущую, плачущую, задыхающуюся. Соня и Полечка бросились вслед за нею.
Когда увидела мать,
что уже и сыны ее сели на коней, она
кинулась к меньшому, у которого в чертах лица выражалось более какой-то нежности: она схватила его за стремя, она прилипнула к седлу его и с отчаяньем в глазах не выпускала его из рук своих.
Остап и Андрий
кинулись со всею пылкостию юношей в это разгульное море и забыли вмиг и отцовский дом, и бурсу, и все,
что волновало прежде душу, и предались новой жизни.
Захочет ли чего-нибудь Илья Ильич, ему стоит только мигнуть — уж трое-четверо слуг
кидаются исполнять его желание; уронит ли он что-нибудь, достать ли ему нужно вещь, да не достанет, — принести ли
что, сбегать ли за
чем: ему иногда, как резвому мальчику, так и хочется броситься и переделать все самому, а тут вдруг отец и мать, да три тетки в пять голосов и закричат: