Неточные совпадения
Стукнет Гром Гремучий пó
небу горючим молотом, хлестнет
золотой вожжой — и пойдет по земле веселый Яр [Словом Яр означалась весна, а также зооморфическое божество жизни и плодородия, иначе Ярило.
— Да ты говори толком… С
неба, что ль, тебе деньги-то свалились аль в самом деле
золотые россыпи на Ветлуге нашел? — с нетерпением спрашивал Колышкин Алексея.
— Деньги не вода — с
неба не капают, сами про то лучше меня знаете, Сергей Андреич, а
золото на Ветлуге облыжное… Такими делами мы заниматься не желаем, — с ужимками, поводя по потолку глазами, сказал Алексей.
Заря в
небе заниматься зачнет — гляди на озеро, — у́зришь
золотые кресты, церковные главы…
Ливмя лил дождь, шумно клонились вершины высокоствольных деревьев, оглушительный треск и раскаты громо́вых ударов не умолкали на
небе,
золотые, зубчатые молнии то и дело вспыхивали в низко нависших над землею тучах, а он недвижимо лежал на месте, с которого только что Дуня сошла, не слыша ни рева бури, ни грома, ни шума деревьев, не чувствуя ливня, не видя ярко блещущих молний…
Люблю тебя, Петра творенье, // Люблю твой строгий, стройный вид, // Невы державное теченье, // Береговой ее гранит, // Твоих оград узор чугунный, // Твоих задумчивых ночей // Прозрачный сумрак, блеск безлунный, // Когда я в комнате моей // Пишу, читаю без лампады, // И ясны спящие громады // Пустынных улиц, и светла // Адмиралтейская игла, // И, не пуская тьму ночную // На
золотые небеса, // Одна заря сменить другую // Спешит, дав ночи полчаса.
— Но этого золота не родит ваша Калифорния и никакое иное место на нечистой земле. Это —
золото небес. Я человек неверующий, но даже я — даже я, м-р Вандергуд! — испытываю сомнения, когда встречаю взор моей Марии. Вот единственные руки, в которые вы спокойно могли бы отдать ваши миллиарды.
Неточные совпадения
Деревня, где скучал Евгений, // Была прелестный уголок; // Там друг невинных наслаждений // Благословить бы
небо мог. // Господский дом уединенный, // Горой от ветров огражденный, // Стоял над речкою. Вдали // Пред ним пестрели и цвели // Луга и нивы
золотые, // Мелькали сёлы; здесь и там // Стада бродили по лугам, // И сени расширял густые // Огромный, запущенный сад, // Приют задумчивых дриад.
На вершине ее покачивалось несколько стебельков полевого былья, и над ними поднималась в
небе луна в виде косвенно обращенного серпа из яркого червонного
золота.
По
небу, изголуба-темному, как будто исполинскою кистью наляпаны были широкие полосы из розового
золота; изредка белели клоками легкие и прозрачные облака, и самый свежий, обольстительный, как морские волны, ветерок едва колыхался по верхушкам травы и чуть дотрогивался до щек.
Ночь тихая спускается, // Уж вышла в
небо темное // Луна, уж пишет грамоту // Господь червонным
золотом // По синему по бархату, // Ту грамоту мудреную, // Которой ни разумникам, // Ни глупым не прочесть.
Сквозь обнаженные, бурые сучья дерев мирно белеет неподвижное
небо; кое-где на липах висят последние
золотые листья.