Неточные совпадения
Пуще всего родне взаймы не давай да друзьям-приятелям, потому что
долг остуда
любви и дружбы.
— Ладно, хорошо. Господь вас благословит… шейте с Богом, — молвила игуменья, глядя полными
любви глазами на Фленушку. — Ах ты, Фленушка моя, Фленушка! — тихо проговорила она после
долгого молчания. — С ума ты нейдешь у меня… Вот по милости Господней поднялась я с одра смертного… Ну а если бы померла, что бы тогда было с тобой?.. Бедная ты моя сиротинка!..
Жизнь была полна и
любви и светлых надежд на
долгое счастье с любимым человеком, но пала гроза, и сокрушилось счастье от прихоти старого сластолюбца.
Забыв Бога и
любовь, им повеленную, всякого норовят обсчитать, рабочего обидеть, своему брату
долгов не заплатить.
Это движение было последнею жертвою
долга любви: им хотела она доказать, что любила в Густаве не Адольфа, наследника миллионера, любимца королевского, а самого Густава, бедного, ничтожного в глазах других, но достойного ее привязанности.
Неточные совпадения
Но отчего же так? Ведь она госпожа Обломова, помещица; она могла бы жить отдельно, независимо, ни в ком и ни в чем не нуждаясь? Что ж могло заставить ее взять на себя обузу чужого хозяйства, хлопот о чужих детях, обо всех этих мелочах, на которые женщина обрекает себя или по влечению
любви, по святому
долгу семейных уз, или из-за куска насущного хлеба? Где же Захар, Анисья, ее слуги по всем правам? Где, наконец, живой залог, оставленный ей мужем, маленький Андрюша? Где ее дети от прежнего мужа?
«Это слова… как будто Корделии!» [Корделия — младшая дочь короля Лира из трагедии Шекспира «Король Лир» — олицетворение бескорыстной
любви, верности и высокого понимания
долга.] — подумал Обломов, глядя на Ольгу страстно…
— Жизнь —
долг, обязанность, следовательно,
любовь — тоже
долг: мне как будто Бог послал ее, — досказала она, подняв глаза к небу, — и велел любить.
Потом он задумывался, задумывался все глубже. Он чувствовал, что светлый, безоблачный праздник
любви отошел, что
любовь в самом деле становилась
долгом, что она мешалась со всею жизнью, входила в состав ее обычных отправлений и начинала линять, терять радужные краски.
Аннушка проворно ушла в лес. Касьян поглядел за нею вслед, потом потупился и усмехнулся. В этой
долгой усмешке, в немногих словах, сказанных им Аннушке, в самом звуке его голоса, когда он говорил с ней, была неизъяснимая, страстная
любовь и нежность. Он опять поглядел в сторону, куда она пошла, опять улыбнулся и, потирая себе лицо, несколько раз покачал головой.