Неточные совпадения
Живет заволжанин хоть
в труде, да
в достатке. Сысстари за Волгой мужики
в сапогах, бабы
в котах. Лаптей
видом не видано, хоть слыхом про них и слыхано. Лесу вдоволь, лыко нипочем, а
в редком доме кочедык найдешь. Разве где такой дедушка есть, что с печки уж лет пяток не слезает, так он, скуки ради, лапотки иной раз ковыряет, нищей братье подать либо самому обуться, как станут его
в домовину обряжать. Таков обычай: летом
в сапогах, зимой
в валенках, на тот свет
в лапотках…
— Держи карман!.. Не разумеют!..
В Комарове-то, поди, всякие
виды видали.
В скитах завсегда грех со спасеньем по-соседски живут.
— Много ты знаешь!.. А мы видали
виды… Зачем исправник-от
в Комаров кажду неделю наезжает… Даром, что ли?..
В Московкиной обители с белицами-то он от Писанья, что ли, беседует?.. А Домне головщице за что шелковы платки дарит?.. А купчики московские зачем к Глафириным ездят?.. А?..
Патап Максимыч ушел
в свою заднюю, прилег уснуть, но сон не брал его. Настины слова из ума не выходили: «Девка с норовом, — думал он. — С
виду тихоней смотрит, а гляди-ка какая!.. «Уходом!..» Нет, ни окриком, ни плетью такую не проймешь… Хуже начудит… Лаской надо, делать нечего… «Уходом!..» Эко слово сказала!..»
— Одно слово: будьте спокойны, братец, — сказала мать Платонида. — Сохраню Матренушку
в самом лучшем
виде… А кто же таков злодей-то?.. Мне надо знать, чтобы крепче опаску держать… Кто таков полюбовник-от у ней?
И вдруг нечаянно, негаданно явился он… Как огнем охватило Манефу, когда, взглянув на паломника, она признала
в нем дорогого когда-то ей человека… Она, закаленная
в долгой борьбе со страстями, она, победившая
в себе ветхого человека со всеми влеченьями к миру, чувственности, суете, она, умертвившая
в себе сердце и сладкие его обольщения, едва могла сдержать себя при
виде Стуколова, едва не выдала людям давнюю, никому не ведомую тайну.
Отказ бывает, когда сватовство идет, а разве у нас сватовство
в настоящем
виде, как следует, было?
— А как же, — отвечал Артемий. — Есть клады, самим Господом положенные, — те даются человеку, кого Бог благословит… А где,
в котором месте, те Божьи клады положены, никому не ведомо. Кому Господь захочет богатство даровать, тому тайну свою и откроет. А иные клады людьми положены, и к ним приставлена темная сила. Об этих кладах записи есть: там прописано, где клад зарыт, каким
видом является и каким зароком положен… Эти клады страшные…
Вот хоть между Дорогучей да Першей [Лесные реки, впадающие
в Ветлугу.] два диких камня из земли торчат, один поболе, другой помене, оба с
виду на коней похожи.
Проехали путники
в Урень, под
видом закупки дешевого яранского хлеба.
Малец, — крикнул игумен молоденькому бельцу, с подобострастным
видом стоявшему
в передней, — затепли лампадки-то да
в боковушках у гостей тоже затепли…
Лукавый дух злобы под
видом светлого благочестия успел проникнуть даже
в такую крепкую,
в такую твердую и любительную семейную среду, какова русская…
— Крестный! Ты ль, родной?.. Здорово!.. Здорово!.. Что запропал?..
Видом не видать, слыхом не слыхать!.. Все ли
в добром здоровье?
— Так-таки и сказывали, что
в этом самом
виде песок из земли копан? — продолжал свои расспросы Колышкин. — Ни про какую промывку не было речи?
Местами он гнездами
в земле лежит и с
виду как есть золотой песок.
— Аль уж
в самом деле попрощаться с матушкой-то? — смеясь, молвила, обращаясь к подругам, головщица и, приняв степенный
вид, стала перед образами класть земные поклоны, творя вполголоса обычную молитву прощения. Кончив ее, Марьюшка обратилась к матушке Виринее, чинно сотворила перед нею два уставные «метания», проговоривши вполголоса...
Женщин, как всегда и везде
в подобных случаях, было гораздо больше, чем мужчин; белые, красные, голубые и других ярких цветов наряды, цветные зонтики, распущенные над головами богомолок, придавали необычный
в другое время праздничный
вид луговине, весной заливаемой водопольем, а потом посещаемой разве только косцами да охотниками за болотной дичью.
Жить
в добре да
в красне и во снях хорошо: тешат Алексея золотые грезы, сладко бьется его сердце при
виде длинного роя светлых призраков, обступающих его со всех сторон, и вдруг неотвязная мысль о Чапурине, о погибели…
Таня вышла. Марья Гавриловна старалась принять на себя строгий, сдержанный
вид. Проходя мимо зеркала, заглянула
в него и поправила на груди ленточку.
В какой-нибудь захудалой обители человек без
виду [Без паспорта.] попадется — про все скиты закричат, что беглыми полнехоньки…
Скитские матери только что кончили службу, загасили
в часовенке свечи, сняли образа и пелены и все отнесли к повозкам… Когда пришла на поляну праздничная толпа, и часовня и гробница имели уже обычный свой
вид. На поляне скоро стало тесно. Народ разбрелся по лесу.
Яви Божескую милость, Сергей Андреич, устрой парня как можно
в наилучшем
виде — сам после «спасибо» мне скажешь.
Хоть не больно пристало к важному, сановитому
виду Михайлы Васильича, к заиндевевшим кудрям его и почетной должности, но целые ночи, бывало, пролеживал он
в озимях, приманивая дудочкой любимых пташек под раскинутые сети.
И стал он клясться и божиться Устинье всеми клятвами, что не уйдет, не укроется, станет у ней на
виду дожидаться ее
в опушке перелеска.
Прежде
в Чище для каждой стороны особую шляпу работа́ли: куда шпилéк, куда верховку, куда кашник [Разные
виды русских поярковых шляп.], а теперь, почитай, и валять-то разучились…
— Животы, значит, всякие, достатки
в самолучшем
виде, — сказал Алексей.
— Дорогонько-то оно дорогонько, — помолчав, молвила Марья Гавриловна. — А ежели все
в хорошем
виде, так денег нечего жалеть. Нá дом денег не жаль. Говорится же: что продано, то прожито, что куплено, то нажито…
Смутился Алексей, но не подал
вида. Смело, мерными шагами вошел он
в покои Сергея Андреича.
И матери Аркадии, и матери Никаноре неохота была с мягкими перинами расставаться; то ли дело лежать да дремать, чем шагать по засоренному валежником лесу, либо по тоненьким, полусгнившим кладкам перебираться через мочажины и топкие болотца. Строго-настрого девицам старицы наказали не отходить далеко от дороги, быть на
виду и на слуху, и принялись дремать
в ехавших шагом повозках.
Взятая
в полон черемиса поведала васильгородцам: оттого-де они побежали, что перед ними на белом коне явился страшный
видом чернец и пламенным копием их, врагов имени Христова, поражал немилостиво.
— Так видишь ли, — продолжал свою речь седенький, маленький, добродушный с
виду старичок
в изношенном заплатанном кафтанишке из понитку, облокотясь на лежавшую возле него дорожную котомку, — видишь ли: на этом самом месте, где сидим, — городские ворота…
— Ладно, — сказал Самоквасов, — все
в наилучшем
виде с Сенькой устроим. Только хочешь не хочешь, задаток давай, — прибавил он, обнимая Фленушку.
Одна статная, стройная, ровно молодое деревце, довольством, здоровьем сияет лицо, добром и весельем искрятся очи, с
виду холодная, будто бесстрастная, пылкое сердце, горячую кровь носит
в себе.
Меж тем Василий Борисыч
в келарне с девицами распевал. Увидев, что с обительского двора съезжает кибитка Марка Данилыча, на половине перервал он «Всемирную славу» и кинулся стремглав на крыльцо, но едва успел поклониться и мельком взглянуть на уезжавшую Дуню. Смолокуров отдал ему степенный поклон и громко крикнул прощальное слово. Она не взглянула. Как вкопанный стал на месте Василий Борисыч. Давно из
виду скрылась кибитка, а он все глядел вслед улетевшей красотке…
Вечерком по холодку Патап Максимыч с Аксиньей Захаровной и кум Иван Григорьич с Груней по домам поехали. Перед тем Манефа, вняв неотступным просьбам Фленушки, упросила брата оставить Парашу погостить у нее еще хоть с недельку, покаместь он с Аксиньей Захаровной будет гостить у головы, спрыскивать его позументы. Патап Максимыч долго не соглашался, но потом позволил дочери остаться
в Комарове, с тем, однако, чтоб Манефа ее ни под каким
видом в Шарпан с собой не брала.
Накануне Казанской мать Манефа с уставщицей Аркадией и с двумя соборными старицами
в Шарпан поехала. Старшею
в обители осталась мать Виринея, игуменскую келью Манефа на Фленушку покинула, но для
виду, не остались бы молодые девицы без призора старших, соборную старицу Никанору благословила у себя домовничать.
— Ну, как знаете… А нехорошо, нехорошо, — вдруг приняв на себя строгий
вид, заговорил отец Харисаменов. — Без церкви спастися невозможно. Потому сказано: «Аще все достояние свое нищим расточишь, аще весь живот свой
в посте и молитве пребудешь, церкви же чуждатися будешь — никако душу свою пользуешь».
Только проснулся Патап Максимыч, с радостным
видом Колышкин
в беседку вошел.
Неточные совпадения
Теперь у нас дороги плохи, // Мосты забытые гниют, // На станциях клопы да блохи // Заснуть минуты не дают; // Трактиров нет.
В избе холодной // Высокопарный, но голодный // Для
виду прейскурант висит // И тщетный дразнит аппетит, // Меж тем как сельские циклопы // Перед медлительным огнем // Российским лечат молотком // Изделье легкое Европы, // Благословляя колеи // И рвы отеческой земли.
Но, получив посланье Тани, // Онегин живо тронут был: // Язык девических мечтаний //
В нем думы роем возмутил; // И вспомнил он Татьяны милой // И бледный цвет, и
вид унылый; // И
в сладостный, безгрешный сон // Душою погрузился он. // Быть может, чувствий пыл старинный // Им на минуту овладел; // Но обмануть он не хотел // Доверчивость души невинной. // Теперь мы
в сад перелетим, // Где встретилась Татьяна с ним.
Татьяна взором умиленным // Вокруг себя на всё глядит, // И всё ей кажется бесценным, // Всё душу томную живит // Полумучительной отрадой: // И стол с померкшею лампадой, // И груда книг, и под окном // Кровать, покрытая ковром, // И
вид в окно сквозь сумрак лунный, // И этот бледный полусвет, // И лорда Байрона портрет, // И столбик с куклою чугунной // Под шляпой с пасмурным челом, // С руками, сжатыми крестом.
Тут был, однако, цвет столицы, // И знать, и моды образцы, // Везде встречаемые лица, // Необходимые глупцы; // Тут были дамы пожилые //
В чепцах и
в розах, с
виду злые; // Тут было несколько девиц, // Не улыбающихся лиц; // Тут был посланник, говоривший // О государственных делах; // Тут был
в душистых сединах // Старик, по-старому шутивший: // Отменно тонко и умно, // Что нынче несколько смешно.
Мы все учились понемногу // Чему-нибудь и как-нибудь, // Так воспитаньем, слава богу, // У нас немудрено блеснуть. // Онегин был, по мненью многих // (Судей решительных и строгих), // Ученый малый, но педант. // Имел он счастливый талант // Без принужденья
в разговоре // Коснуться до всего слегка, // С ученым
видом знатока // Хранить молчанье
в важном споре // И возбуждать улыбку дам // Огнем нежданных эпиграмм.