Неточные совпадения
Зачала артель галанить пуще прежнего.
Спорам, крикам, бестолочи ни конца, ни середки… Видя, что толку не добиться, Патап Максимыч хотел уже бросить дело и ехать на авось, но Захар, что-то считавший все
время по пальцам, спросил его...
— О чем же
спорили вы да сутырили [Сутырить, сутырничать —
спорить, вздорить, придираться, а также кляузничать. Сутырь — бестолковый
спор.] столько
времени? — сказал Патап Максимыч, обращаясь к артели. — Сулил я вам три целковых, об волочках и помина не было, у вас же бы остались. Теперь те же самые деньги берете. Из-за чего ж мы время-то с вами попусту теряли?
И по
времени те, что Софонтьева толка держались, во многих
спорах Онуфриевых одолели, и тому одолению много послужили мать Фотинья да мать Голиндуха.
Охрипли матери, которы были позадорнее, устали все до единой. Во
время шумного, горячего
спора келейниц Манефа воспретила Иосифу их унимать. Знала, каковы бывают
споры скитские, знала, что надо дать
время дóсыта накричаться соборующим, и, когда утомятся, тогда только приниматься за настоящее дело.
Он часто испытывал, что иногда во
время спора поймешь то, что любит противник, и вдруг сам полюбишь это самое и тотчас согласишься, и тогда все доводы отпадают, как ненужные; а иногда испытывал наоборот: выскажешь наконец то, что любишь сам и из-за чего придумываешь доводы, и если случится, что выскажешь это хорошо и искренно, то вдруг противник соглашается и перестает спорить.
Но еще большее почтение питал он к киевскому студенту Брониславу Янковскому. Отец его недавно поселился в Гарном Луге, арендуя соседние земли. Это был человек старого закала, отличный хозяин, очень авторитетный в семье. Студент с ним не особенно ладил и больше тяготел к семье капитана. Каждый день чуть не с утра, в очках, с книгой и зонтиком подмышкой, он приходил к нам и оставался до вечера, серьезный, сосредоточенный, молчаливый. Оживлялся он только во
время споров.
Неточные совпадения
Но, как на беду, в это
время подвернулся губернатор, изъявивший необыкновенную радость, что нашел Павла Ивановича, и остановил его, прося быть судиею в
споре его с двумя дамами насчет того, продолжительна ли женская любовь или нет; а между тем Ноздрев уже увидал его и шел прямо навстречу.
Об висте решительно позабыли;
спорили, кричали, говорили обо всем: об политике, об военном даже деле, излагали вольные мысли, за которые в другое
время сами бы высекли своих детей.
(В те
времена хорошие // В России дома не было, // Ни школы, где б не
спорили // О русском мужике.)
Левин ничего не отвечал теперь — не потому, что он не хотел вступать в
спор со священником, но потому, что никто ему не задавал таких вопросов, а когда малютки его будут задавать эти вопросы, еще будет
время подумать, что отвечать.
Катавасов очень любил говорить о философии, имея о ней понятие от естественников, никогда не занимавшихся философией; и в Москве Левин в последнее
время много
спорил с ним.