Неточные совпадения
Приезжали
в то время к нашему отцу игумну Аркадию зарубежные старцы из молдавских
монастырей,
в Питере по соборам были и
возвращались восвояси.
Привратник ушел и долго не
возвращался. Набежавшие к воротам псы так и заливались свирепым лаем внутри
монастыря. Тут были слышны и сиплый глухой лай какого-то старинного стража Красноярской обители, и тявканье задорной шавки, и завыванье озлившегося волкопеса, и звонкий лай выжлятника… Все сливалось
в один оглушительный содом, а вдали слышались ржанье стоялых коней, мычанье коров и какие-то невразумительные людские речи.
Неточные совпадения
— Из города эти, двое господ… Из Черней
возвращались, да и остались. Один-то, молодой, надоть быть родственник господину Миусову, вот только как звать забыл… а другого, надо полагать, вы тоже знаете: помещик Максимов, на богомолье, говорит, заехал
в монастырь ваш там, да вот с родственником этим молодым господина Миусова и ездит…
И все же, когда Дюрталь
возвращается в опостылевший и далекий Париж, он вспоминает о днях, проведенных
в монастыре траппистов, как о пережитой радости; все парижское вызывает
в нем отвращение.
Точно по безмолвному уговору, никто не
возвращался к эпизоду
в монастыре, и вся эта поездка как будто выпала у всех из памяти и забылась. Однако было заметно, что она запала глубоко
в сердце слепого. Всякий раз, оставшись наедине или
в минуты общего молчания, когда его не развлекали разговоры окружающих, Петр глубоко задумывался, и на лице его ложилось выражение какой-то горечи. Это было знакомое всем выражение, но теперь оно казалось более резким и сильно напоминало слепого звонаря.
Оставив Россию, Елисей, под видом путешественника,
возвратился через Венецию и Австрию
в Польшу, пришел
в православный Почаевский
монастырь и там постригся, приняв имя Самуила.
В 1704 году киевский митрополит Варлам Ясинский вызвал к себе Самуила и поставил его
в Киевскую академию учителем стихотворства. При следующем монашеском постриге Самуил принял имя своего дяди Феофана.
Сергей Платонович пережил свою жену Марью Николаевну ровно на сорок три дня. Отслужив
в сороковой день панихиду на кладбище Симонова
монастыря, где был фамильный склеп Похвисневых, он
возвратился домой, почувствовал себя худо и слег.