— Исправой греха твоего не загладить… Многие годы слез покаянья, многие ночи без сна на молитве, строгий пост, умерщвление плоти, отреченье от мира, от всех соблазнов, безысходное житье во иноческой келье, черная ряса, тяжелы вериги… Вот чем целить грех твой великий…
Возненавидь тело свое, смиряй его постом, бдением, бессчетными земными поклонами, наложи на себя тяжелые вериги, веселись о каждой ране, о каждой болезни, держи себя в грязи и с радостью отдавай тело на кормление насекомым — вот завет византийских монахов, перенесенный святошами и в нашу страну.
— Не вышел, матушка, — сказал Самоквасов. — Как жил двадцать два года в подвале, так и при́ смерти не вышел из него. Ни вериг, ни власяницы не скинул, помер на обычном ложе своем…
В веригах, изможденные, Голодные, холодные, Прошли Господни ратники Пустыни, города, — И у волхвов выспрашивать И по звездам высчитывать Пытались — нет ключей!
В тот же день Грустилов надел на себя вериги (впоследствии оказалось, впрочем, что это были просто помочи, которые дотоле не были в Глупове в употреблении) и подвергнул свое тело бичеванию.
Это, конечно, было что-нибудь, но я хотел не того; однажды только он высказался, но только так странно, что удивил меня больше всего, особенно ввиду всех этих католичеств и вериг, про которые я об нем слышал.
Дождь его мочил, снег засыпал, клевали вороны, — он все молился; в каждой руке он держал на весу по тяжелому камню, вериги на теле от многого труда сделались блестящими, как золото…
1. религ. кандалы, оковы, разного рода железные цепи, кольца, полосы и т. п., часто тайно носимые верующими христианами на голом теле для «смирения плоти» (Викисловарь)
1. религ. кандалы, оковы, разного рода железные цепи, кольца, полосы и т. п., часто тайно носимые верующими христианами на голом теле для «смирения плоти»