Неточные совпадения
— Послушай, что ты привязался ко мне? Это, понимаешь, скучно… Ты идеализируешь
женщин, а я — простой человек и
на вещи
смотрю просто. Что такое — любить?.. Если действительно человек любит, то для любимого человека готов пожертвовать всем и прежде всего своей личностью, то есть в данном случае во имя любви откажется от собственного чувства, если оно не получает ответа.
Разве я имел право
смотреть на других
женщин?
— Я в первый раз вижу так близко этого сорта
женщину… — говорила Анна Петровна с своей больной улыбкой. — Какая она красивая… Мне очень было интересно
посмотреть на нее. Зачем вы меня увели?
В доказательство Пепко достал из кармана целую пачку вырезок из газет, в которых описывались всевозможные турецкие зверства над беззащитными. По свойственному Пепке деспотизму он заставил меня выслушать весь этот материал, рассортированный с величайшей аккуратностью: зверства над мужчинами, зверства над
женщинами, зверства над детьми и зверства вообще. В нужных местах Пепко делал трагические паузы и вызывающе
смотрел на меня, точно я только что приготовился к совершению какого-нибудь турецкого зверства.
В дешевом ресторане Кутузов прошел в угол, — наполненный сизой мутью, заказал водки, мяса и, прищурясь, посмотрел на людей, сидевших под низким, закопченным потолком необширной комнаты; трое, в однообразных позах, наклонясь над столиками, сосредоточенно ели, четвертый уже насытился и, действуя зубочисткой, пустыми глазами
смотрел на женщину, сидевшую у окна; женщина читала письмо, на столе пред нею стоял кофейник, лежала пачка книг в ремнях.
С той минуты, как случилась с ней перемена, не могла она равнодушно
смотреть на женщину, завлекшую ее в новую веру, на ту, кого еще так недавно звала своим светом и радостью, говоря: «При вас я ровно из забытья вышла, а без вас и день в тоске, и ночь в тоске, не глядела б и на вольный свет».
Теперь я
смотрел на женщину и видел, что это — человек, перешибленный пополам. Надежда закралась в нее, потом тотчас умирала. Она еще раз всплакнула и ушла темной тенью. С тех пор меч повис над женщиной. Каждую субботу беззвучно появлялась в амбулатории у меня. Она очень осунулась, резче выступили скулы, глаза запали и окружились тенями. Сосредоточенная дума оттянула углы ее губ книзу. Она привычным жестом разматывала платок, затем мы уходили втроем в палату. Осматривали ее.
Мать
посмотрела на женщину — это была Самойлова, дальше сидел ее муж, лысый, благообразный человек с окладистой рыжей бородой. Лицо у него было костлявое; прищурив глаза, он смотрел вперед, и борода его дрожала.
Неточные совпадения
—
Женщина, — произнес князь, подступая несколько ближе и
смотря прямо в глаза Чичикову, —
женщина, которая подписывала по вашей диктовке завещание, схвачена и станет с вами
на очную ставку.
Смотрю: в прохладной тени его свода,
на каменной скамье сидит
женщина, в соломенной шляпке, окутанная черной шалью, опустив голову
на грудь; шляпка закрывала ее лицо.
Кстати: Вернер намедни сравнил
женщин с заколдованным лесом, о котором рассказывает Тасс в своем «Освобожденном Иерусалиме». «Только приступи, — говорил он, —
на тебя полетят со всех сторон такие страхи, что боже упаси: долг, гордость, приличие, общее мнение, насмешка, презрение… Надо только не
смотреть, а идти прямо, — мало-помалу чудовища исчезают, и открывается пред тобой тихая и светлая поляна, среди которой цветет зеленый мирт. Зато беда, если
на первых шагах сердце дрогнет и обернешься назад!»
Вот наконец мы пришли;
смотрим: вокруг хаты, которой двери и ставни заперты изнутри, стоит толпа. Офицеры и казаки толкуют горячо между собою:
женщины воют, приговаривая и причитывая. Среди их бросилось мне в глаза значительное лицо старухи, выражавшее безумное отчаяние. Она сидела
на толстом бревне, облокотясь
на свои колени и поддерживая голову руками: то была мать убийцы. Ее губы по временам шевелились: молитву они шептали или проклятие?
Насчет последнего пункта Марфа Петровна была, впрочем, во вce время довольно спокойна; это была умная
женщина, а следственно, не могла же
на меня
смотреть иначе, как
на развратника и потаскуна, который серьезно полюбить не в состоянии.