— Я не беспокоюсь. Он только ночует. Старуха в больнице, сноха померла; я два дня один. Я ему
показал место в заборе, где доска вынимается; он пролезет, никто не видит.
— Чего пришел? Каку надо болячку? Скобленое твое рыло! Вот дай срок, хозяин придет, он тебе
покажет место. Не нужно мне твоих денег поганых. Легко ли, не видали! Табачищем дом загадит, да деньгами платить хочет. Эку болячку не видали! Расстрели тебе в животы сердце!.. — пронзительно кричала она, перебивая Оленина.
Затем все стихло, судья Дикинсон сказал несколько слов, указывая то на Матвея, то на Нилова, а затем последний стал долго и свободно рассказывать что-то, по временам
показывая места на большой карте.
С другой стороны, его смешило, как Кишкин тащил Оксю по лесу, точно свинью за ухо. А Мина Клейменый привел Кишкина сначала к обвалившимся и заросшим лесом казенным разведкам, потом
показал место, где лежал под елкой старец, и наконец повел к Мутяшке.
Неточные совпадения
В этом
месте новый Виргилий почувствовал такое благоговение, что никак не осмелился занести туда ногу и поворотил назад,
показав свою спину, вытертую, как рогожка, с прилипнувшим где-то куриным пером.
— Послушайте, любезные, — сказал он, — я очень хорошо знаю, что все дела по крепостям, в какую бы ни было цену, находятся в одном
месте, а потому прошу вас
показать нам стол, а если вы не знаете, что у вас делается, так мы спросим у других.
Местами расходились зеленые чащи, озаренные солнцем, и
показывали неосвещенное между них углубление, зиявшее, как темная пасть; оно было все окинуто тенью, и чуть-чуть мелькали в черной глубине его: бежавшая узкая дорожка, обрушенные перилы, пошатнувшаяся беседка, дуплистый дряхлый ствол ивы, седой чапыжник, [Чапыжник — «мелкий кривой дрянной лес, кустами поросший от корней».
Они ушли. Напрасно я им откликнулся: они б еще с час проискали меня в саду. Тревога между тем сделалась ужасная. Из крепости прискакал казак. Все зашевелилось; стали искать черкесов во всех кустах — и, разумеется, ничего не нашли. Но многие, вероятно, остались в твердом убеждении, что если б гарнизон
показал более храбрости и поспешности, то по крайней мере десятка два хищников остались бы на
месте.
Не горы с
места сдвинулись, // Упали на головушку, // Не Бог стрелой громовою // Во гневе грудь пронзил, // По мне — тиха, невидима — // Прошла гроза душевная, //
Покажешь ли ее?