Неточные совпадения
Описываемая сцена происходила на улице, у крыльца суслонского волостного правления. Летний вечер был на исходе, и возвращавшийся с покосов народ не останавливался около волости: наработавшиеся за день рады были
месту. Старика окружили только те мужики, которые привели его с покоса, да несколько других, страдавших неизлечимым любопытством. Село было громадное, дворов
в пятьсот, как все сибирские села, но
в страду оно безлюдело.
— Да што с ним разговаривать-то! — лениво заметил мельник Ермилыч, позевывая. — Вели его
в темную, Флегонт Василич, а завтра разберешь… Вот мы с отцом Макаром о чае соскучились. Мало ли бродяжек шляющих по нашим
местам…
Писарь Замараев занял с приличною важностью свое
место за волостным столом, а мельник Ермилыч поместился
в качестве публики на обсиженной скамеечке у печки. Ермилыч, как бывший крестьянин, сохранял ко всякой власти подобострастное уважение и участенно вздыхал, любуясь властными приемами дружка писаря.
— А привык я. Все пешком больше хожу: которое
место пешком пройдешь, так оно памятливее.
В Суслоне чуть было не загостился у твоего зятя, у писаря… Хороший мужик.
Одно имя суслонского писаря заставило хозяина даже подпрыгнуть на
месте. Хороший мужик суслонский писарь? Да это прямой разбойник, только ему нож
в руки дать… Живодер и христопродавец такой, каких белый свет не видывал. Харитон Артемьич раскраснелся, закашлялся и замахал своими запухшими красными руками.
Бойкая Харитина сразу сорвалась с
места и опрометью бросилась
в кухню за ложкой, — эта догадливость не по разуму дорого обошлась ей потом, когда обед кончился. Должна была подать ложку Серафима.
Быстрою сибирскою ездой шестьдесят верст сделали
в пять часов: выехали пораньше утром, а к десяти часам были уже на
месте.
Место слияния двух рек образовало громадное плесо,
в котором вода сейчас стояла, как зеркало.
— За пароходом дело не встанет… По другим-то
местам везде пароходы, а мы все гужом волокем. Отсюда во все стороны дорога: под Семипалатинск,
в степь, на Обь к рыбным промыслам… Работы хватит.
Вот с отцом у Галактиона вышел с первого раза крупный разговор. Старик стоял за
место для будущей мельницы на Шеинской курье, где его взяли тогда суслонские мужики, а Галактион хотел непременно ставить мельницу
в так называемом Прорыве, выше Шеинской курьи версты на три, где Ключевая точно была сдавлена каменными утесами.
— А что будет, если я буду чаи распивать да выеду на работу
в восемь часов? — объяснял Галактион. — Я раньше всех должен быть на
месте и уйти последним. Рабочие-то по хозяину бывают.
Место под мельницу было выбрано на левом берегу, на каменном мысу, вдававшемся
в Ключевую.
— Нет, брат, шабаш, — повторяли запольские купцы. — По-старому, брат, не проживешь. Сегодня у тебя пшеницу отнимут, завтра куделю и льняное семя, а там и до степного сала доберутся. Что же у нас-то останется? Да, конечно. Надо все по-полированному делать, чтобы как
в других прочих
местах.
Одним словом, зажили по-настоящему, как
в других прочих
местах, особенно когда появились два адвоката, Мышников и Черевинский, забившие сразу местных доморощенных ходатаев и дельцов.
Штофф попал
в самое больное
место скуповатого деревенского батюшки. Он жил бездетным, вдвоем с женой, и всю любовь сосредоточил на скромном стяжании, — его интересовали не столько сами по себе деньги, а главным образом процесс их приобретения, как своего рода спорт.
Мысль открыть сбыт своей крупчатке
в «Расею» очень понравилась Михею Зотычу, и он с большим удовольствием отпустил Галактиона съездить
в Казань, Рыбинск, Саратов и Нижний, чтобы на
месте познакомиться с делами.
Анфуса Гавриловна была рада, когда Харитина начала собираться. Ей нужно было еще заехать к портнихе,
в два магазина, потом к сестре Евлампии, потом еще
в два
места. Когда Галактион надевал ей шубку, Харитина успела ему шепнуть...
— А как вы думаете относительно сибирской рыбы? У меня уже арендованы пески на Оби
в трех
местах. Тоже дело хорошее и верное. Не хотите? Ну, тогда у меня есть пять золотых приисков
в оренбургских казачьих землях… Тут уж дело вернее смерти. И это не нравится? Тогда, хотите, получим концессию на устройство подъездного пути от строящейся Уральской железной дороги
в Заполье? Через пять лет вы не узнали бы своего Заполья: и банки, и гимназия, и театр, и фабрики кругом. Только нужны люди и деньги.
Немец попал
в самое больное
место, и Галактион угрюмо замолчал.
Встреча с Лиодором
в Кунаре окончательно вырешила дело. Галактион дальше не мог оставаться у тестя. Он нанял себе небольшую квартирку за хлебным рынком и переехал туда с семьей. Благодаря бубновскому конкурсу он мог теперь прожить до открытия банка, когда Штофф обещал ему
место члена правления с жалованьем
в пять тысяч.
Писарь сумрачно согласился. Он вообще был не
в духе. Они поехали верхами. Поповский покос был сейчас за Шеинскою курьей, где шли заливные луга. Под Суслоном это было одно из самых красивых
мест, и суслонские мужики смотрели на поповские луга с завистью. С высокого правого берега, точно браною зеленою скатертью, развертывалась широкая картина. Сейчас она была оживлена сотнями косцов, двигавшихся стройною ратью. Ермилыч невольно залюбовался и со вздохом проговорил...
Чужие люди не показывались у них
в доме, точно избегали зачумленного
места. Раз только зашел «сладкий братец» Прасковьи Ивановны и долго о чем-то беседовал с Галактионом. Разговор происходил приблизительно
в такой форме...
Ей сделалось и обидно и стыдно за него, за то, что он ничего не понимает, что он мог обедать с своими банковскими, когда она здесь мучилась одна, что и сейчас он пришел
в это страшное
место с праздничным хмелем
в голове.
Полуянов был осужден. Его приговорили к ссылке
в не столь отдаленные
места Сибири, что было равносильно возвращению на родину. Он опять упал духом и вместо последнего слова расплакался самым глупым образом. Его едва успокоили.
В момент приговора Харитины
в зале суда уже не было. Она перестала интересоваться делом и уехала с доктором утешать Прасковью Ивановну.
— Ну, ничего, выучимся… Это карта Урала и прилегающих к нему губерний, с которыми нам и придется иметь дело. У нас своя география. Какие все чудные
места!.. Истинно страна, текущая млеком и медом. Здесь могло бы благоденствовать население
в пять раз большее… Так, вероятно, и будет когда-нибудь, когда нас не будет на свете.
Она молча подала ему руку и не шевельнулась с
места, чтобы проводить его до передней.
В ее душе жило смутное ожидание чего-то, и вот этого именно и не случилось.
Галактион просто ужаснулся, когда Стабровский еще раз обстоятельнейшим образом познакомил его со всеми подробностями кабацкой географии и наступательного плана кабацкой стратегии. Вперед намечены были главные боевые пункты,
места для вирных складов и целая сеть кабаков, имевших
в виду парализовать деятельность Прохорова и К°.
Раньше доктор изредка завертывал
в клуб, а теперь бросил и это из страха скандала. Что стоило какому-нибудь пьяному купчине избить его, — личная неприкосновенность
в Заполье ценилась еще слишком низко. Впрочем, доктор приобрел благодаря этим злоключениям нового друга
в лице учителя греческого языка только что открытой
в Заполье классической прогимназии, по фамилии Харченко. Кстати, этот новый человек сейчас же по приезде на
место служения женился на Агнии Малыгиной, дополнив коллекцию малыгинских зятьев.
Вахрушка оставался
в кабаке до тех пор, пока не разнеслось, что
в темной при волости нашли трех опившихся. Да, теперь пора было и домой отправляться. Главное, чтобы достигнуть своего законного
места до возвращения Михея Зотыча. Впрочем, Вахрушка находился
в самом храбром настроении, и его смущало немного только то, что для полной формы недоставало шапки.
— Вот что, Вахрушка, и ты неправ и отец тоже… Ну, я тебя, так и быть, увезу
в город и определю на
место. Только смотри, уговор на берегу: водки ни-ни.
Эта сцена и закончилась припадком, уже настоящим припадком настоящей эпилепсии. Теперь уже не было
места ни сомнениям, ни надеждам. Стабровский не плакал, не приходил
в отчаяние, как это бывало с ним раньше, а точно весь замер. Прежде всего он пригласил к себе
в кабинет Устеньку и объяснил ей все.
А пароход быстро подвигался вперед, оставляя за собой пенившийся широкий след. На берегу попадались мужички, которые долго провожали глазами удивительную машину.
В одном
месте из маленькой прибрежной деревушки выскочил весь народ, и мальчишки бежали по берегу, напрасно стараясь обогнать пароход. Чувствовалась уже близость города.
— Ведь вот выбрали
место под город, — возмущался Ечкин, глядя на город
в кулак. — Неудобнее трудно было придумать.
Даже сердце дрогнуло у отставного исправника при виде знакомых
мест, где он царил
в течение пятнадцати лет.
Доктор продолжал сидеть
в столовой, пил мадеру рюмку за рюмкой и совсем забыл, что ему здесь больше нечего делать и что пора уходить домой. Его удивляло, что столовая делалась то меньше, то больше, что буфет делал напрасные попытки твердо стоять на
месте, что потолок то уходил кверху, то спускался к самой его голове. Он очнулся, только когда к нему на плечо легла чья-то тяжелая рука и сердитый женский голос проговорил...
— Богатство тоже к рукам, Илья Фирсыч, — заметил Луковников, подсаживаясь к столу. — И голова к
месту, и деньги к рукам… Да и считать
в чужих карманах легче, чем
в своем.
—
Место? О-хо-хо!.. На подсудимую скамью вместо себя али
в острог? О нем давно острог-то плачет.
— Да ты слушай: настоящее
место. Он будет
в Заполье железную дорогу строить, а я смотрителем.
С другой стороны, Полуянов и не нуждался даже
в этом
месте, а принимал его просто по дружбе.
Во-первых, Замараев предлагает
в своей кассе
место бухгалтера потом Харченко предлагает
в газете работать.
— А ты не разбегайся, — советовал Харитон Артемьич. — Ломи
в одну точку, и шабаш. Значит, накаливай по одному
месту.
По прямой линии до Заполья было всего верст шесть. С капитанской рубки картина пожарища развертывалась с каждою минутой все шире. Громадные клубы дыма поднимались уже
в четырех
местах, заволакивая даль грозною багровою пеленой.
Теперь сразу горело
в нескольких
местах.
Дальше скитники ехали молча и только переглядывались и шептали молитвы, когда на раскатах разносило некованные сани. Они еще вывалились раз пять, но ничего не говорили, а только опасливо озирались по сторонам.
В одном
месте Анфим больно зашиб руку и только улыбнулся. Ох, не любит антихрист, когда обличают его лестные кознования. Вон как ударил, и прямо по руке, которая творит крестное знамение. На, чувствуй, старец Анфим!
В одном
месте прямо на снегу лежал пластом молодой мужик, выбившийся из сил.
В другом
месте скитники встретили еще более ужасную картину. На дороге сидели двое башкир и прямо выли от голодных колик. Страшно было смотреть на их искаженные лица, на дикие глаза. Один погнался за проезжавшими мимо пошевнями на четвереньках, как дикий зверь, — не было сил подняться на ноги. Старец Анфим струсил и погнал лошадь. Михей Зотыч закрыл глаза и молился вслух.
В одном
месте Михей Зотыч возмутился до глубины души...
В Суслон приехали ночью. Только
в одном поповском доме светился огонек. Где-то ревела голодная скотина. Во многих
местах солома с крыш была уже снята и ушла на корм. Вот до чего дошло! Веяло от всего зловещею голодною тишиной. Навстречу вышла голодная собака, равнодушно посмотрела на приезжих, понюхала воздух и с голодною зевотой отправилась
в свою конуру.
Девушка была совершенно счастлива, что может на свои средства содержать отца, — она зарабатывала уже около пятидесяти рублей
в месяц, потому что, кроме переводов
в «Запольском курьере», занимала еще
место секретаря этой газеты.