Неточные совпадения
Груздев приехал перед масленицей и остановился
в господском доме. Петр Елисеич обрадовался ему, как дорогому гостю, потому что мог с ним отвести душу. Он вытащил черновые посланного
проекта и торопливо принялся объяснять
суть дела, приводя выдержки из посланной рукописи. Груздев слушал его со вниманием заинтересованного человека.
— Так-то оно так, а кто твой
проект читать
будет? Лука Назарыч… Крепостное право изничтожили, это ты правильно говоришь, а Лука Назарыч остался… Старухи так говорят: щука-то умерла, а зубы остались… Смотри, как бы тебе благодарность из Мурмоса кожей наоборот не вышла. Один Овсянников чего стоит… Они попрежнему гнут, чтобы вольного-то мужика
в оглобли завести, а ты дровосушек да кричных мастеров здесь жалеешь. А главная причина. Лука Назарыч обидится.
Осенью, когда земля уже звенела под колесами, Петр Елисеич
был вызван
в Мурмос для личных объяснений по поводу того
проекта, который
был составлен им еще зимой.
— Сущая беда эти умники… Всех нас
в порошок истер Петр-то Елисеич, а того не догадался, что я же
буду проект-то его читать. Умен, да не догадлив… Как он нас всех тут разнес: прямо из дураков
в дураки поставил.
Неточные совпадения
Трудно
было дышать
в зараженном воздухе; стали опасаться, чтоб к голоду не присоединилась еще чума, и для предотвращения зла, сейчас же составили комиссию, написали
проект об устройстве временной больницы на десять кроватей, нащипали корпии и послали во все места по рапорту.
Хотя, по первоначальному
проекту Угрюм-Бурчеева, праздники должны
были отличаться от будней только тем, что
в эти дни жителям вместо работ предоставлялось заниматься усиленной маршировкой, но на этот раз бдительный градоначальник оплошал.
Конечно, современные нам академии имеют несколько иной характер, нежели тот, который предполагал им дать Двоекуров, но так как сила не
в названии, а
в той сущности, которую преследует
проект и которая
есть не что иное, как «рассмотрение наук», то очевидно, что, покуда царствует потребность
в «рассмотрении», до тех пор и
проект Двоекурова удержит за собой все значение воспитательного документа.
Степан Аркадьич знал, что когда Каренин начинал говорить о том, что делают и думают они, те самые, которые не хотели принимать его
проектов и
были причиной всего зла
в России, что тогда уже близко
было к концу; и потому охотно отказался теперь от принципа свободы и вполне согласился. Алексей Александрович замолк, задумчиво перелистывая свою рукопись.
Алексей Александрович расспросил,
в чем состояла деятельность этой новой комиссии, и задумался. Он соображал, нет ли
в деятельности этой комиссии чего-нибудь противоположного его
проектам. Но, так как деятельность этого нового учреждения
была очень сложна и
проекты его обнимали очень большую область, он не мог сразу сообразить этого и, снимая pince-nez, сказал: