Неточные совпадения
Ох, давно это
было, как бежал он «из-под помещика», подпалив барскую усадьбу, долго колесил по России, побывал
в Сибири и, наконец, пристроился на Мурмосских заводах, где принимали
в былое время всяких беглых, как даровую рабочую
силу.
Домнушка, Катря и казачок Тишка выбивались из
сил: нужно
было приготовить два стола для панов, а там еще стол
в сарайной для дозорных, плотинного, уставщиков и кафтанников и самый большой стол для лесообъездчиков и мастеров во дворе. После первых рюмок на Домнушку посыпался целый ряд непрошенных любезностей, так что она отбивалась даже ногами, особенно когда пробегала через крыльцо мимо лесообъездчиков.
— Постой, постой… — остановил его Никитич, все еще не имея
сил совладать с мыслью, никак не хотевшей укладываться
в его заводскую голову. — Как ты сказал: кто
будет на фабрике робить?
Первый ученик Ecole polytechnique каждый день должен
был спускаться по стремянке с киркой
в руках и с блендочкой на кожаном поясе на глубину шестидесяти сажен и работать там наравне с другими; он представлял
в заводском хозяйстве ценность, как мускульная
сила, а
в его знаниях никто не нуждался.
Тит схватил его за волосы и принялся колотить своею палкой что
было силы. Гибкий черемуховый прут только свистел
в воздухе, а Макар даже не пробовал защищаться. Это
был красивый, широкоплечий парень, и Ганне стало до смерти его жаль.
— Ишь быстроногая… — любовно повторяла Таисья, улепетывая за Нюрочкой. Таисье
было под сорок лет, но ее восковое лицо все еще
было красиво тою раскольничьею красотой, которая не знает износа. Неслышные, мягкие движения и полумонашеский костюм придавали строгую женственность всей фигуре. Яркокрасные, строго сложенные губы говорили о неизжитом запасе застывших
в этой начетчице
сил.
Это
был захватывающий момент, и какая-то стихийная
сила толкала вперед людей самых неподвижных, точно
в половодье, когда выступившая из берегов вода выворачивает деревья с корнем и уносит тяжелые камни.
Пришлось Макару задержать Терешку
силой, причем сумасшедший полез драться. Возы
было остановились, но Тит махнул шапкой, чтобы не зевали. Макар держал ругавшегося Терешку за руки и, пропустив возы, под руку повел его обратно
в завод. Терешка упирался, плевал на Макара и все порывался убежать за обозом.
Между тем он еще
в силах и мог
быть полезным.
Обоз с имуществом
был послан вперед, а за ним отправлена
в особом экипаже Катря вместе с Сидором Карпычем. Петр Елисеич уехал с Нюрочкой. Перед отъездом он даже не зашел на фабрику проститься с рабочими: это
было выше его
сил. Из дворни господского дома остался на своем месте только один старик сторож Антип. У Палача
был свой штат дворни, и «приказчица» Анисья еще раньше похвалялась, что «из мухинских» никого
в господском доме не оставит.
— А вот и пойдет… Заводская косточка, не утерпит: только помани. А что касаемо обиды, так опять свои люди и счеты свои… Еще
в силе человек, без дела сидеть обидно, а главное — свое ведь кровное заводское-то дело! Пошлют кого другого — хуже
будет… Сам поеду к Петру Елисеичу и
буду слезно просить. А уж я-то за ним — как таракан за печкой.
Главная
сила антихриста
будет в том, что он всех «изоймет гладом», пока все не покорятся ему и не примут его печать.
В голове Макара эта мысль о земле засела клином. Смутно сказался тот великорусский пахарь, который еще жил
в заводском лесообъездчике. Это
была темная тяга к своей земле, которая прошла стихийною
силой через всю русскую историю.
Расстаться с Мурмосом Лука Назарыч
был не
в силах.
Наступила страда, но и она не принесла старикам обычного рабочего счастья. Виной всему
был покос Никитича, на котором доменный мастер страдовал вместе с племянником Тишкой и дочерью Оленкой. Недавние ребята успели сделаться большими и помогали Никитичу
в настоящую
силу. Оленка щеголяла
в кумачном сарафане, и ее голос не умолкал с утра до ночи, — такая уж голосистая девка издалась. Пашка Горбатый, страдовавший с отцом, потихоньку каждый вечер удирал к Тишке и вместе с ним веселился на кержацкую руку.
— Мы из миру-то
в леса да
в горы бежим спасаться, — повествовала Таисья своим ласковым речитативом, — а грех-то уж поперед нас забежал… Неочерпаемая
сила этого греха! На што крепка
была наша старая вера, а и та пошатилась.
Сила в ём ходит, а девать ее некуда.
Она прибрала Груздева
в свои руки и мечтала только о том, чтобы развязаться с кабаком, где ей, пожалуй, уж не под
силу было управляться.
— Других? Нет, уж извините, Леонид Федорыч, других таких-то вы днем с огнем не сыщете… Помилуйте, взять хоть тех же ключевлян! Ах, Леонид Федорович, напрасно-с… даже весьма напрасно: ведь это полное разорение.
Сила уходит, капитал, которого и не нажить… Послушайте меня, старика, опомнитесь. Ведь это похуже крепостного права, ежели уж никакого житья не стало… По душе надо сделать… Мы наказывали, мы и жалели при случае. Тоже
в каждом своя совесть
есть…
Обнаруживала ли ими болеющая душа скорбную тайну своей болезни, что не успел образоваться и окрепнуть начинавший в нем строиться высокий внутренний человек; что, не испытанный измлада в борьбе с неудачами, не достигнул он до высокого состоянья возвышаться и крепнуть от преград и препятствий; что, растопившись, подобно разогретому металлу, богатый запас великих ощущений не принял последней закалки, и теперь, без упругости, бессильна его воля; что слишком для него рано умер необыкновенный наставник и нет теперь никого во всем свете, кто бы
был в силах воздвигнуть и поднять шатаемые вечными колебаньями силы и лишенную упругости немощную волю, — кто бы крикнул живым, пробуждающим голосом, — крикнул душе пробуждающее слово: вперед! — которого жаждет повсюду, на всех ступенях стоящий, всех сословий, званий и промыслов, русский человек?
Неточные совпадения
Теперь с каким она вниманьем // Читает сладостный роман, // С каким живым очарованьем //
Пьет обольстительный обман! // Счастливой
силою мечтанья // Одушевленные созданья, // Любовник Юлии Вольмар, // Малек-Адель и де Линар, // И Вертер, мученик мятежный, // И бесподобный Грандисон, // Который нам наводит сон, — // Все для мечтательницы нежной //
В единый образ облеклись, //
В одном Онегине слились.
Но так и
быть: я сам себе // Противиться не
в силах боле;
Неправильный, небрежный лепет, // Неточный выговор речей // По-прежнему сердечный трепет // Произведут
в груди моей; // Раскаяться во мне нет
силы, // Мне галлицизмы
будут милы, // Как прошлой юности грехи, // Как Богдановича стихи. // Но полно. Мне пора заняться // Письмом красавицы моей; // Я слово дал, и что ж? ей-ей, // Теперь готов уж отказаться. // Я знаю: нежного Парни // Перо не
в моде
в наши дни.
— Теперь тот самый, у которого
в руках участь многих и которого никакие просьбы не
в силах были умолить, тот самый бросается теперь к ногам вашим, вас всех просит.
— Ну нет,
в силах! У тетушки натура крепковата. Это старушка — кремень, Платон Михайлыч! Да к тому ж
есть и без меня угодники, которые около нее увиваются. Там
есть один, который метит
в губернаторы, приплелся ей
в родню… бог с ним! может
быть, и успеет! Бог с ними со всеми! Я подъезжать и прежде не умел, а теперь и подавно: спина уж не гнется.