Неточные совпадения
— А ты, поди, совсем обасурманился на чужой-то
стороне? — спрашивала Марья Степановна гостя. — И
лба не умеешь перекрестить по-истовому-то?.. Щепотью молишься?..
В кабинете Ляховского весело и дружелюбно беседовали с хозяином Половодов и «дядюшка». Особенным оживлением отличался сегодня Половодов. Он фамильярно трепал дядюшку по плечу и старался разогнать в Ляховском те минуты сомнений, которые оставляли на его
лбу глубокие морщины и заставляли брови плотно сдвигаться. Ляховский, очевидно, не решался на что-то, чего домогался Половодов; дядюшка держался в
стороне и только напряженно улыбался, сохраняя свой розово-херувимский вид.
Ляховский три раза прочел объявление, почесал себе
лоб, заглянул на оборотную
сторону бумаги и, наконец, проговорил...
Ляховский отодвинул в
сторону свой последний проект против компании «Пуцилло-Маляхинский» и приготовился слушать; он даже вытащил вату, которой закладывал себе уши в последнее время. Привалов передал все, что узнал от Бахарева о конкурсе и назначении нового управителя в Шатровские заводы. Ляховский слушал его внимательно, и по мере рассказа его лицо вытягивалось все длиннее и длиннее, и на
лбу выступил холодный пот.
Привалов поставил карту — ее убили, вторую — тоже, третью — тоже. Отсчитав шестьсот рублей, он отошел в
сторону. Иван Яковлич только теперь его заметил и поклонился с какой-то больной улыбкой; у него на
лбу выступали капли крупного пота, но руки продолжали двигаться так же бесстрастно, точно карты сами собой падали на стол.
Голова была больше натуральной величины, волосы гладко упадали по обеим
сторонам лба, который круглó и сильно выдавался и, казалось, имел в устройстве своем что-то необыкновенное.
Неточные совпадения
— Друг мой! — повторила графиня Лидия Ивановна, не спуская с него глаз, и вдруг брови ее поднялись внутренними
сторонами, образуя треугольник на
лбу; некрасивое желтое лицо ее стало еще некрасивее; но Алексей Александрович почувствовал, что она жалеет его и готова плакать. И на него нашло умиление: он схватил ее пухлую руку и стал целовать ее.
Между тем Катерина Ивановна отдышалась, на время кровь отошла. Она смотрела болезненным, но пристальным и проницающим взглядом на бледную и трепещущую Соню, отиравшую ей платком капли пота со
лба: наконец, попросила приподнять себя. Ее посадили на постели, придерживая с обеих
сторон.
Сердитая складка разрезала ее высокий
лоб, она уклонялась от поцелуев, крепко сжимая губы, отворачивая лицо в
сторону.
— Сбоку, — подхватила Пелагея Ивановна, — означает вести; брови чешутся — слезы;
лоб — кланяться; с правой
стороны чешется — мужчине, с левой — женщине; уши зачешутся — значит, к дождю, губы — целоваться, усы — гостинцы есть, локоть — на новом месте спать, подошвы — дорога…
Захар усмехнулся во все лицо, так что усмешка охватила даже брови и бакенбарды, которые от этого раздвинулись в
стороны, и по всему лицу до самого
лба расплылось красное пятно.