Неточные совпадения
Ему, конечно, не возвыситься до блестящей идеи, которую теперь вынашивал Половодов, переживая
муки сомнения и неуверенности в
собственных силах.
Я, право, не знаю, как описать, что произошло дальше. В первую минуту Хиония Алексеевна покраснела и гордо выпрямила свой стан; в следующую за этим минуту она вернулась в гостиную, преисполненным
собственного достоинства жестом достала свою шаль со стула, на котором только что сидела, и, наконец, не простившись ни с кем, величественно поплыла в переднюю, как смертельно оскорбленная королева, которая великодушно предоставила оскорбителей
мукам их
собственной совести.
Да, такие минуты смягчают воспоминание о пройденном пути и до некоторой степени примиряют с ним; иначе нельзя, а не было бы первого, не было бы и второго. Но все-таки те-то, первые, — что им до чужого благополучия, купленного ценою их
собственных мук? А сколько таких мук, сколько загубленных жизней лежит на пути каждого врача! «Наши успехи идут через горы трупов», — с грустью сознается Бильрот в одном частном письме.
В другое время она, наверное, угадала бы его любовь по выражению его глаз, но теперь она ничего не видела, ничего не понимала, кроме своих
собственных мук.
Так, с поразительным сходством передав нижнюю часть моего лица, где столь гармонически сочетаются добродушие с выражением авторитетности и спокойного достоинства, г. К., несомненно, перенес в мои глаза свою
собственную муку и даже ужас.
Неточные совпадения
Чай, сахар и пшеничную
муку держат только на случай приезда гостей; варенье и другое лакомство заготовляются на меду из
собственных ульев, с солью обходятся осторожно; даже свечи ухитрились лить дома, тонкие, оплывающие, а покупные подают только при гостях.
И вдруг очутятся в пространстве на
собственной ответственности — вот где настоящая-то
мука!
В тот самый день, как пришел к нему капитан, он целое утро занимался приготовлением себе для стола картофельной
муки, которой намолов
собственной рукой около четверика, пообедал плотно щами с забелкой и, съев при этом фунтов пять черного хлеба, заснул на своем худеньком диванишке, облаченный в узенький ситцевый халат, из-под которого выставлялись его громадные выростковые сапоги и виднелась волосатая грудь, покрытая, как у Исава, густым волосом.
Одна боль
собственного его сердца, прежде всяких наказаний, убьет его своими
муками.
Вечная природа ипостасности вызывает здесь лишь вечную адскую
муку, кольцевое движение змеи, ловящей
собственный хвост, — магический круг, где все точки суть одновременно концы и начала.