Водопьянов ловко подбирал доводы к своим положениям; история гражданская и библейская давала ему бездну примеров участия неизвестных нам сил в делах смертных, причем он с удивительною памятливостью перечислял эти явления; в философии
разных эпох он черпал доказательства вечности духа и неземного его происхождения; в религиях находил сходство со спиритскими верованиями.
Жюль, по уверению Эдмона, отличался необычайной восприимчивостью ко всему художественному; он не переставал жить артистическим интересом, постоянно набрасывал что-нибудь, делал эскизы, а главное, читал по истории искусства, изучал классические произведения, собирал всевозможные вещи, характерные для
разных эпох.
Все эти еретики, говоря каноническим языком, — все эти секты — не наши, не русские; они возникли и развились не на русской народной почве, а занесены к нам в
разные эпохи из чужих краев и привились к русскому народу, как нечто чуждое и доселе.
Неточные совпадения
А жизнь передовых кругов Петрограда и Москвы и жизнь глухих уголков далекой русской провинции принадлежит к
разным историческим
эпохам.
А. Белый характерен для
разных течений начала века, потому что он не мог оставаться в чистой литературе и в эстетическом сознании, его символизм носил мистический и оккультический характер, он отражал все духовные настроения и искания
эпохи.
Француз, живший у нас около четырех лет, лицо скорее комическое, с
разными слабостями и чудачествами, был обломок великой
эпохи, бывший военный врач в армии Наполеона, взятый в плен в 1812 году казаками около города Орши, потом «штаб-лекарь» русской службы, к старости опустившийся до заработка домашнего преподавателя.
Рикур был крупный тип француза, сложившегося к
эпохе Февральской революции. Он начал свою карьеру специальностью живописца, был знаком с
разными реформаторами 40-х годов (в том числе и с Фурье), выработал себе весьма радикальное credo, особенно в направлении антиклерикальных идей. Актером он никогда не бывал, а сделался прекрасным чтецом и декламатором реального направления, врагом всей той рутины, которая, по его мнению, царила и в «Comedie Francaise», и в Консерватории.
Все мы, здесь собравшиеся на наше скромное празднество, проходили в жизни совершенно
разные пути — и все мы имеем одну только общую черту, что в большей или меньшей степени принадлежим к
эпохе нынешних преобразований.