Неточные совпадения
— Мне нужно посоветоваться с мужем, — обыкновенно говорила Хиония Алексеевна, когда дело касалось чего-нибудь серьезного. — Он
не любит, чтобы я делала что-нибудь
без его позволения…
— Какой там Привалов…
Не хочу знать никакого Привалова! Я сам Привалов… к черту!.. — кричал Бахарев, стараясь попасть снятым сапогом в Игоря. — Ты, видно, вчера пьян был…
без задних ног, раккалия!.. Привалова жена в окно выбросила… Привалов давно умер, а он: «Привалов приехал…» Болван!
Без Сашки Привалов
не мог жить и даже укладывал его спать в свою собственную спальню.
Это обстоятельство окончательно сблизило отца и дочь, так что Василий Назарыч
не мог жить
без нее.
Нашлись, конечно, сейчас же такие люди, которые или что-нибудь видели своими глазами, или что-нибудь слышали собственными ушами; другим стоило только порыться в своей памяти и припомнить, что было сказано кем-то и когда-то; большинство ссылалось
без зазрения совести на самых достоверных людей, отличных знакомых и близких родных, которые никогда
не согласятся лгать и придумывать от себя, а имеют прекрасное обыкновение говорить только одну правду.
Хионию Алексеевну начинало задевать за живое все, что она теперь видела в бахаревском доме; она даже подозревала,
не думает ли обойтись Марья Степановна совсем
без нее.
Это была длинная комната совсем
без окон; человек, незнакомый с расположением моленной, мог десять раз обойти весь дом и
не найти ее.
— А вы с ним
не церемоньтесь… Так я буду ждать вас, Сергей Александрыч, попросту,
без чинов. О моем предложении подумайте, а потом поговорим всерьез.
Подозревать, что своим намеком Веревкин хотел прибавить себе весу, — этого Привалов
не мог по многим причинам: раз — он хорошо относился к Веревкину по университетским воспоминаниям, затем Веревкин был настолько умен, что
не допустит такого грубого подходца; наконец, из слов Веревкина, которыми он рекомендовал себя, можно вывести только то, что он сразу хотел поставить себя начистоту,
без всяких недомолвок.
— Да, но все-таки один в поле
не воин… Вы только дайте мне честное слово, что если мой план вам понравится — барыши пополам. Да, впрочем, вы и сами увидите, что
без меня трудно будет обойтись, потому что в план входит несколько очень тонких махинаций.
— Ну, там как знаешь, — с удовольствием или
без удовольствия. Скушно покажется со старухами-то сидеть?
Не больно у нас веселья-то много… Ничего, поскучай.
— Самая обыкновенная история: Игнатий Львович ссорится со своим управляющим… Ха-ха!.. Это у них так, между прочим; в действительности они жить один
без другого
не могут.
— Я
не понимаю, как это хочется мужчинам говорить вечно одно и то же… Неужели нельзя обойтись
без комплиментов?
— О! пани Марина, кто же
не знает, что вы первая красавица… во всей Польше первая!.. Да… И лучше всех танцевали мазурочки, и одевались лучше всех, и все любили пани Марину
без ума. Пани Марина сердится на меня, а я маленький человек и делал только то, чего хотел пан Игнатий.
— Вы куда же? Нет, мы вас оставим обедать… И
не думайте отказываться: по-деревенски,
без церемоний.
Мне нужен такой труд, который бы поглощал меня всю,
без которого я
не могла бы существовать.
Она точно
не могла жить
без него и даже клала его на ночь в свою спальню, где он грыз сапоги, рвал платье и вообще показывал целый ряд самых артистических штук.
После трех стаканов водки на мельнице поднялся тот пьяный шум, приправленный песней и крепким русским словцом,
без чего
не обходится никакая мужицкая гулянка.
Только одно еще смущало Привалова: Половодов любил Зосю — это очевидно из всего его поведения; Половодов,
без сомнения, очень проницательный и дальновидный человек; как же он
не мог предвидеть торжества своей интриги и ошибся всего на какой-нибудь один месяц?..
Зося
не могла жить
без своей дуэньи и оживлялась только в ее присутствии.
Ни одного дела
не делалось
без водки, и Привалов
не мог даже припомнить хорошенько, сколько он сегодня выпил.
— Побываем везде… Стоит посмотреть здешний народец. Видите ли, мы сначала завернем в «Биржевую», а потом к Катерине Ивановне: там папахен процеживает кого-то третий день. Крепкий старичина, как зарядит — так и жарит ночей пять
без просыпу, а иногда и всю неделю. Как выиграл — вторую неделю гулять… Вы
не слыхали, какую шутку устроил Данилушка с Лепешкиным? Ха-ха… Приходят в одну гостиницу, там аквариум с живыми стерлядями; Данилушка в аквариум, купаться… конечно, все раздавил и за все заплатил.
Веревкин
не проходил по бахаревской передней
без того, чтобы
не кинуть старику какую-нибудь колючую шуточку вместе с красным словечком.
Ее сомнения смущают: // «Пойду ль вперед, пойду ль назад?.. // Его здесь нет. Меня не знают… // Взгляну на дом, на этот сад». // И вот с холма Татьяна сходит, // Едва дыша; кругом обводит // Недоуменья полный взор… // И входит на пустынный двор. // К ней, лая, кинулись собаки. // На крик испуганный ея // Ребят дворовая семья // Сбежалась шумно.
Не без драки // Мальчишки разогнали псов, // Взяв барышню под свой покров.
— Не совсем здоров! — подхватил Разумихин. — Эвона сморозил! До вчерашнего дня чуть
не без памяти бредил… Ну, веришь, Порфирий, сам едва на ногах, а чуть только мы, я да Зосимов, вчера отвернулись — оделся и удрал потихоньку и куролесил где-то чуть не до полночи, и это в совершеннейшем, я тебе скажу, бреду, можешь ты это представить! Замечательнейший случай!
Неточные совпадения
То был приятный, благородный, // Короткий вызов, иль картель: // Учтиво, с ясностью холодной // Звал друга Ленский на дуэль. // Онегин с первого движенья, // К послу такого порученья // Оборотясь,
без лишних слов // Сказал, что он всегда готов. // Зарецкий встал
без объяснений; // Остаться доле
не хотел, // Имея дома много дел, // И тотчас вышел; но Евгений // Наедине с своей душой // Был недоволен сам собой.
За что ж виновнее Татьяна? // За то ль, что в милой простоте // Она
не ведает обмана // И верит избранной мечте? // За то ль, что любит
без искусства, // Послушная влеченью чувства, // Что так доверчива она, // Что от небес одарена // Воображением мятежным, // Умом и волею живой, // И своенравной головой, // И сердцем пламенным и нежным? // Ужели
не простите ей // Вы легкомыслия страстей?
В красавиц он уж
не влюблялся, // А волочился как-нибудь; // Откажут — мигом утешался; // Изменят — рад был отдохнуть. // Он их искал
без упоенья, // А оставлял
без сожаленья, // Чуть помня их любовь и злость. // Так точно равнодушный гость // На вист вечерний приезжает, // Садится; кончилась игра: // Он уезжает со двора, // Спокойно дома засыпает // И сам
не знает поутру, // Куда поедет ввечеру.
Минуты две они молчали, // Но к ней Онегин подошел // И молвил: «Вы ко мне писали, //
Не отпирайтесь. Я прочел // Души доверчивой признанья, // Любви невинной излиянья; // Мне ваша искренность мила; // Она в волненье привела // Давно умолкнувшие чувства; // Но вас хвалить я
не хочу; // Я за нее вам отплачу // Признаньем также
без искусства; // Примите исповедь мою: // Себя на суд вам отдаю.
Но те, которым в дружной встрече // Я строфы первые читал… // Иных уж нет, а те далече, // Как Сади некогда сказал. //
Без них Онегин дорисован. // А та, с которой образован // Татьяны милый идеал… // О много, много рок отъял! // Блажен, кто праздник жизни рано // Оставил,
не допив до дна // Бокала полного вина, // Кто
не дочел ее романа // И вдруг умел расстаться с ним, // Как я с Онегиным моим.