— Ничего, голубушка, перемелется — мука будет, — утешала старушка, ковыряя свою
бесконечную работу. — Как быть-то… Своеобычлива у вас маменька-то, ну да это ничего, душа-то у нее добрая.
В ее рассказах жизнь напоминала Самгину
бесконечную работу добродушной и глуповатой горничной Варвары, старой девицы, которая очень искусно сшивала на продажу из пестреньких ситцевых треугольников покрышки для одеял.
То мне казалось, что я разбираю какие-то разноцветные, причудливых форм ящики, вынимая маленькие из больших, а из маленьких еще меньшие, и никак не могу прекратить этой
бесконечной работы, которая мне давно уже кажется отвратительной.
За одной из них, с левой стороны, слышался негромкий, но твердый и размеренный звук, такой постоянный, что казался тишиною: это стучал больной, на днях вставший с постели и снова принявшийся за свою
бесконечную работу.
Неточные совпадения
Лихорадочная, каторжная
работа на сплаву,
бесконечная ленивая зима, когда бурлаку решительно нечего делать, затем водка при отвале каравана, водка на каждой хватке, водка на съемке обмелевших барок и самое кромешное, беспросыпное пьянство, когда караван привалит благополучно в Пермь, — все это взятое вместе создало совершенно особенный тип.
Каждый вечер староста приходил в барский дом с отчетом об успехе произведенных в течение дня
работ; каждый вечер шли
бесконечные разговоры, предположения и сетования; отдавались приказания на следующий день, слышались тоскливые догадки насчет вёдра или дождя, раздавались выражения: «поголовно», «брат на брата» и другие сельскохозяйственные термины в крепостном вкусе.
При такой
работе он всегда пачкал пальцы в чернилах и, кончив
бесконечные приказы старосте, кричал: «малый!» и требовал мыла и таз с рукомойником.
Конечно, это была очень широкая программа, хотя она и должна была осуществиться в
бесконечных рядах цифр, и чем больше я обдумывал предстоящую
работу, тем сильнее приходил к убеждению в необходимости построить все на сравнении крепостного порядка с настоящим, а для этого нужно было на несколько недель похоронить себя в пыли заводских архивов.
— Я, — мол, — не потому в монахи пошёл, что сытно есть хотел, а потому, что душа голодна! Жил и вижу: везде
работа вечная и голод ежедневный, жульничество и разбой, горе и слёзы, зверство и всякая тьма души. Кем же всё это установлено, где наш справедливый и мудрый бог, видит ли он изначальную,
бесконечную муку людей своих?