— А Глеба-то Клементича видел? — сдержанным полушепотом спрашивал другой, незнакомый голос с легкой хрипотой. — Глазки-то так и бегают, как по маслу, а сам все насчет души… прокуратит старичонка, уж это верно. Уж такой он охотник до гладких баб, такой охотник… Очень даже я его знаю: ни одной не пропустит.
Обеды, несмотря на свою официальность, выходили всегда длинные, веселые и вкусные; забыв чинопочитание и памятуя только о своих трудах праведных, учителя досыта наедались, дружно напивались, болтали до хрипоты и расходились поздно вечером, оглашая весь фабричный поселок пением и звуками поцелуев.
– Госпожа жрица, – раздался грубый, какой-то просоленный до хрипоты голос. На бумажной стене появилась высокая, угловатая чёрная тень. – Вы звали меня?
Можно спорить с этим до бесконечности, до хрипоты доказывать, что всё это выдумки, что тебя создали твои родители, но ведь от этого правда не изменится.
Собрались наставники, до хрипоты спорили, а сказать-то и нечего! – всё равно никто ничего не знает.
– Госпожа жрица, – раздался грубый, какой-то просоленный до хрипоты голос. На бумажной стене появилась высокая, угловатая чёрная тень. – Вы звали меня?
Можно спорить с этим до бесконечности, до хрипоты доказывать, что всё это выдумки, что тебя создали твои родители, но ведь от этого правда не изменится.