Косяков чувствовал, что старик пришел недаром, потому что он все неспроста делал, что-нибудь да держит он на уме и уж наверное знает, куда старуха прячет
свои деньги. Косяков даже удивился, как он раньше об этом не подумал: подпоить божьего человека — он все и разболтает… Эта мысль очень понравилась Косякову, и он решил привести ее в исполнение.
Неточные совпадения
Даже те расходы, которые производились на больного Маркушку, заметно тяготили Гордея Евстратыча, и он в душе желал ему поскорее отправиться на тот свет. Собственно расходы были самые небольшие — рублей пятнадцать в месяц, но и пятнадцать рублей —
деньги, на полу их не подымешь. Татьяне Власьевне приходилось выхлопатывать каждый грош для Маркушки или помогать из
своих средств.
— Вот я это-то и думаю, Марфа Петровна: ведь у Михалки с Архипом и
денег сроду
своих не бывало, отец их не потачит деньгами-то. А что приисковые-то расчеты, так ведь сам отец их подсчитывает, через его руки всякая копеечка проходит.
Я то же старухам говорю, а они на Володьку на Пятова все валят: он и с ключом-то
своим в чужой сундук сходит, и отца поучит обманывать в расчетах, и на всякие художества подымается из-за этих самых
денег.
— И мы в
своей темноте то же думаем, только вот деньги-то добывать плохо умеем… с понятием надо жить на свете, по всей форме. А как вы насчет дельца-то, Владимир Петрович?
А Гордей Евстратыч нарочно посылал его в город на целые недели с разными поручениями и не жалел
денег, чтобы Михалко пожил в
свою долю в настоящей компании.
— Ничего, нужно только теперь потерпеть, — утешал Головинский. — Скоро надоест Жареному понапрасну
деньгами сорить… Он хочет нас запугать, а мы
свою линию будем выводить.
— У меня больше нет
денег, Владимир Петрович, — решительно заявил Брагин
своему компаньону.
Теперь Гордей Евстратыч боялся всех городских людей как огня и по-своему решился спасти от них последние крохи. Он начисто объяснил
свое положение дел Татьяне Власьевне, а также и то, что адвокаты выжмут из него всеми правдами и неправдами последние денежки, поэтому он лучше отдаст их на сохранение ей: со старухи адвокатам нечего будет сорвать, потому какие у ней могут быть
деньги.
Теперь во флигельке опять поселился Зотушка и занялся разным мастерством: стряпал пряники, клеил какие-то коробочки, делал ребятишкам свистульки — все это продавал и
деньги сполна отдавал матери. «Источник» пригодился семье в самую трудную минуту и почти один прокармливал семью
своими художествами, потому что Михалко и Архип проживались в Белоглинском без всякого дела и вдобавок пьянствовали.
— А ты, бабушка, в самом деле не больно тово… не шеперься, — заявил с
своей стороны Михалко, не желая показать себя трусом пред улыбавшимся приятелем. — Мы насчет
денег пришли, тятенька которые оставил… Да! Уж ты как хочешь, а
деньги подавай. Верно тебе говорю…
Попытка наступить на горло старухе и добыть от нее тятенькины
деньги кончилась тем, что молодые люди обратились наконец в постыдное бегство, так что даже Нюша хохотала над ними до слез. Через несколько дней Михалко с Пятовым повторили
свою попытку, но на этот раз Татьяна Власьевна просто велела Зотушке затворить ворота на запор.
«Наверно, об
деньгах наслышалась — вот и пригнала, не пронюхает ли что на
свою долю, — соображала Татьяна Власьевна, наблюдая
свою модницу. — Только это уж вы, Алена Евстратьевна, даже совсем напрасно беспокоились…»
Кроме того, он решался на большой расход только тогда, когда были лишние деньги, и, делая этот расход, доходил до всех подробностей и настаивал на том, чтоб иметь самое лучшее за
свои деньги.
— Ну, видите, матушка. А теперь примите в соображение только то, что заседателя вам подмасливать больше не нужно, потому что теперь я плачу за них; я, а не вы; я принимаю на себя все повинности. Я совершу даже крепость на
свои деньги, понимаете ли вы это?
— Вот видишь ли, Евгений, — промолвил Аркадий, оканчивая свой рассказ, — как несправедливо ты судишь о дяде! Я уже не говорю о том, что он не раз выручал отца из беды, отдавал ему все
свои деньги, — имение, ты, может быть, не знаешь, у них не разделено, — но он всякому рад помочь и, между прочим, всегда вступается за крестьян; правда, говоря с ними, он морщится и нюхает одеколон…
Неточные совпадения
Унтер-офицерша. Да делать-то, конечно, нечего. А за ошибку-то повели ему заплатить штраф. Мне от
своего счастья неча отказываться, а
деньги бы мне теперь очень пригодились.
Стародум (берет у Правдина табак). Как ни с чем? Табакерке цена пятьсот рублев. Пришли к купцу двое. Один, заплатя
деньги, принес домой табакерку. Другой пришел домой без табакерки. И ты думаешь, что другой пришел домой ни с чем? Ошибаешься. Он принес назад
свои пятьсот рублев целы. Я отошел от двора без деревень, без ленты, без чинов, да мое принес домой неповрежденно, мою душу, мою честь, мои правилы.
Стародум. Они в руках государя. Как скоро все видят, что без благонравия никто не может выйти в люди; что ни подлой выслугой и ни за какие
деньги нельзя купить того, чем награждается заслуга; что люди выбираются для мест, а не места похищаются людьми, — тогда всякий находит
свою выгоду быть благонравным и всякий хорош становится.
Стародум. Оно и должно быть залогом благосостояния государства. Мы видим все несчастные следствия дурного воспитания. Ну, что для отечества может выйти из Митрофанушки, за которого невежды-родители платят еще и
деньги невеждам-учителям? Сколько дворян-отцов, которые нравственное воспитание сынка
своего поручают
своему рабу крепостному! Лет через пятнадцать и выходят вместо одного раба двое, старый дядька да молодой барин.
С таким убеждением высказал он это, что головотяпы послушались и призвали новото́ра-вора. Долго он торговался с ними, просил за розыск алтын да
деньгу, [Алтын да
деньга — старинные монеты: алтын в 6
денег, или в 3 копейки (ср. пятиалтынный — 15 коп.),
деньга — полкопейки.] головотяпы же давали грош [Грош — старинная монета в 2 копейки, позднее — полкопейки.] да животы
свои в придачу. Наконец, однако, кое-как сладились и пошли искать князя.