Неточные совпадения
Обхождение Мосея Мосеича, его приветливость и внимание заронили в душу Брагина луч надежды: авось и его дельце
выгорит… Да просто сказать, не захочет марать рук об него этот Мосей Мосеич. Что ему эти двенадцать кабаков — плюнуть да растереть. Наверно, это все Головинский наврал про Жареного. Когда они вернулись в кабинет, Брагин подробно рассказал свое
дело. Жареный слушал его внимательно и что-то чертил карандашом на листе бумаги.
Через полчаса времени четверть небосклона покрылась дымом, красным внизу и серо-черным сверху. В этот
день выгорело Лефортово. Это было начало тех зажигательств, которые продолжались месяцев пять; об них мы еще будем говорить.
— Значит — наше
дело выгорает, — сказала Фленушка. — С места мне не сойти, коль не будешь ты у Патапа Максимыча в зятьях жить. Ступай, — сказала она, отворив дверь в светелку и втолкнув туда Алексея, — я покараулю.
Тут и другие придворные, видя, что Левши
дело выгорело, начали его целовать, а Платов ему сто рублей дал и говорит:
Неточные совпадения
Среди этой общей тревоги об шельме Анельке совсем позабыли. Видя, что
дело ее не
выгорело, она под шумок снова переехала в свой заезжий дом, как будто за ней никаких пакостей и не водилось, а паны Кшепшицюльский и Пшекшицюльский завели кондитерскую и стали торговать в ней печатными пряниками. Оставалась одна Толстопятая Дунька, но с нею совладать было решительно невозможно.
«Господин исправник, будьте, говорю, нашим, так сказать, Направником!» — «Каким это, говорит, Направником?» Я уж вижу с первой полсекунды, что
дело не
выгорело, стоит серьезный, уперся: «Я, говорю, пошутить желал, для общей веселости, так как господин Направник известный наш русский капельмейстер, а нам именно нужно для гармонии нашего предприятия вроде как бы тоже капельмейстера…» И резонно ведь разъяснил и сравнил, не правда ли?
Поздравляли «холодненьким» с барышами Марка Данилыча, хвалили Веденеева, что ловко умел Орошину рог сшибить, издевались над спесью Орошина и над тем, что
дело с тюленем у него не
выгорело.
— Пой, хозяин, молебен, пиши барыши, — вскликнул Прожженный. —
Дело в шляпе: не будь я Корней Евстигнеев, ежели у нас это
дело самым лучшим манером не
выгорит.
Сколько просьб было подавано, сколько ходоков в Петербург было посылано, а все-таки
дело не
выгорело, только пуще прежнего разорились миршенцы.