Неточные совпадения
Мы напились чаю, потом сварили в том же чайнике похлебку из убитого Костей рябчика и вообще блаженствовали. Жар свалил, и начиналась лучшая часть горного дня. Отдохнув, мы отправились опять на шихан,
с которого открывался чудный вид на десятки верст. Вообще время провели очень недурно и вернулись к балагану только в сумерки, когда начала
падать роса. Горные ночи холодные, и мы решили
спать в балагане. Постель была устроена из горного иван-чая, который достигает
высоты человеческого роста.
Да, он никогда об этом не думал. Ее близость доставляла ему наслаждение, но до вчерашнего дня он не сознавал этого, как мы не ощущаем воздуха, которым дышим. Эти простые слова упали вчера в его душу, как
падает с высоты камень на зеркальную поверхность воды: еще за минуту она была ровна и спокойно отражала свет солнца и синее небо… Один удар, — и она всколебалась до самого дна.
Тогда-то пушки навели, // Сам царь скомандовал: «па-ли!..» // Картечь свистит, ядро ревет, // Рядами валится народ… // «О, милый! жив ли ты?..» // Княгиня, память потеряв, // Вперед рванулась и стремглав //
Упала с высоты!
У входа в манеж тряслись на морозе Гроснот и нечто в розовом атласном кафтане, которое можно было б изобразить надутым шаром с двумя толстыми подставками в виде ног и с надставкою в виде толстой лысой головы, о которую разбилась бы черепаха,
упав с высоты.
Но кто же решится бросить камень в этих несчастных, чтобы заставить их
упасть с высоты, на которую они взмостились с такими трудами, имея в виду общую пользу?
Неточные совпадения
Так души низкие, будь знатен, силен ты, // Не смеют на тебя поднять они и взгляды; // Но
упади лишь
с высоты: // От первых жди от них обиды и досады.
С последним лучом солнца по
высотам загорелись огни и нитями опоясали вершины холмов, унизали берега — словом, нельзя было нарочно зажечь иллюминации великолепнее в честь гостей, какую японцы зажгли из страха, что вот сейчас, того гляди, гости
нападут на них.
— Отвратительна животность зверя в человеке, — думал он, — но когда она в чистом виде, ты
с высоты своей духовной жизни видишь и презираешь ее,
пал ли или устоял, ты остаешься тем, чем был; но когда это же животное скрывается под мнимо-эстетической, поэтической оболочкой и требует перед собой преклонения, тогда, обоготворяя животное, ты весь уходишь в него, не различая уже хорошего от дурного.
— А! вы защищаете его — поздравляю! Так вот на кого
упали лучи
с высоты Олимпа! Кузина! кузина! на ком вы удостоили остановить взоры! Опомнитесь, ради Бога! Вам ли,
с вашими высокими понятиями, снизойти до какого-то безвестного выходца, может быть самозванца-графа…
— Я
упала, бедный Иван Иваныч,
с этой
высоты, и никто уж не поднимет меня… Хотите знать, куда я
упала? Пойдемте, вам сейчас будет легче…