Неточные совпадения
Еще день или два, река взломает лед, и вместе с водой уплывет вся эта бешеная
работа, неистовый шум и крик, и опять все
будет тихо и мертво кругом вплоть до будущей весны.
Во время сплава он собственно
был золотой человек, потому что лез из кожи в интересах транспортного общества «Нептун», которое отправляло металлы с Каменки, но, как часто бывает с такими людьми, от его
работы выходило довольно мало толку.
В этой толпе женские лица попадались только в качестве исключений; домовитые хозяйки
были завалены
работой по горло, потому что нужно
было прокормить чем-нибудь эту трехтысячную голодную толпу.
Мы на цыпочках прошли в следующую комнату, где сидели два заводских управителя, доктор, становой и еще несколько мелких служащих. На одном столе помещалась батарея бутылок всевозможного вина, а за другим шла игра в карты. Одним словом, по случаю сплава всем
работы было по горло, о чем красноречиво свидетельствовали раскрасневшиеся лица, блуждающие взгляды и не совсем связные разговоры. Из опасения разбудить «самого» говорили почтительным полушепотом.
В гавани
работа кипела. Половина барок
была совсем готова, а другая половина нагружалась. При нагрузке барок непременно присутствуют сплавщик и водолив; первый следит за тем, чтобы барка грузилась по всем правилам искусства, а второй принимает на свою ответственность металлы.
Для них это
была привычная и легкая
работа; притом у каждого на запасе
были кожаные вачеги, [Вачеги — рукавицы, подшитые кожей.
— Савоська обнаковенно пирует, — говорил рыжий пристанский мужик в кожаных вачегах, — а ты его погляди, когда он в
работе… Супротив него, кажись, ни единому сплавщику не сплыть; чистенько плавает. И народ не томит напрасной
работой, а ежели слово сказал — шабаш, как ножом отрезал. Под бойцами ни единой барки не убил… Другой и хороший сплавщик, а как к бойцу барка подходит — в
ем уж духу и не стало. Как петух, кричит-кричит, руками махает, а, глядишь, барка блина и съела о боец.
— Да… Покойники
есть, человека два, надо
будет их похоронить, исповедать и причастить больных, мало ли
работы нашему брату на сплаву!
Барки в гавани
были совсем готовы. Батюшка с псаломщиком с утра
были в караванной конторе, где все с нетерпением дожидались желанного пробуждения великого человека. Доктор показался в конторе только на одну минуту; у него
работы было по горло. Между прочим он успел рассказать, что Кирило умер, а Степа, кажется, поправится, если переживет сегодняшний день. Во всяком случае и больной и мертвый остаются на пристани на волю божию: артель Силантия сегодня уплывает с караваном.
Это
был апофеоз стихийной
работы великого труженика, для которого тесно
было в этих горах и который точил и рвал целые скалы, неудержимо прокладывая широкий и вольный путь к теплому, южному морю.
Но нужно
было видеть Савоську в трудных местах, где
была горячая
работа; голос его рос и крепчал, лицо оживлялось лихорадочной энергией, глаза горели огнем.
Такое вознаграждение
работы сплавщика просто нищенское, если принять во внимание, как оплачивается всякий другой профессиональный труд, и в особенности то, что самый лучший сплавщик в течение года один раз сплывет весной да другой, может
быть, летом, то
есть заработает в год рублей полтораста.
Нужно видеть, как работали Бубнов, Гришка и другие бурлаки: это
была артистическая
работа, достойная кисти художника.
Водолив что-то крикнул, но его ответ
был заглушен
работой поносных. Через пять минут разбитая барка скрылась из вида.
Земля недавно родилась — недавно, конечно, только сравнительно, то
есть накиньте несколько миллионов лет, — первобытный океан омывает ее, как повивальная бабка моет только что появившегося на свет ребенка, а затем этот же океан в течение неисчислимых периодов времени совершает свою стихийную
работу, разрушая в одном месте и созидая в другом.
В допрежние времена всем калекам и не способным к тяжелой
работе было место: кого куда рассуют, а ноне другие порядки: извелся на
работе — и ступай куды глаза глядят.
— Больно
работы много за Кумышом, да и место бойкое…
Есть тут семь верст, так не приведи истинный Христос. Страшенные бойцы стоят!..
А дождь продолжал идти с немецкой последовательностью, точно он невесть какое жалованье получал за свою
работу. На бурлаках не
было нитки сухой.
— И рупь даст, да нам ихний рупь не к числу. Пусть уж своим заводским да пристанским рубли-то платят, а нам домашняя
работа дороже всего. Ох, чтобы пусто
было этому ихнему сплаву!.. Одна битва нашему брату, а тут еще господь погодье вон какое послал… Без числа согрешили! Такой уж незадачливый сплав ноне выдался: на Каменке наш Кирило помер… Слышал, может?
— Его крестьяны из деревни подослали, чтобы
работы себе добыть, ежели барка омелеет…
Пой, милый, пуще старайся!..
Работы теперь
было значительно меньше, чем в камнях, где постоянно приходилось то отрабатывать от бойцов, то перебивать струю.
«Действительно, я у Разумихина недавно еще хотел
было работы просить, чтоб он мне или уроки достал, или что-нибудь… — додумывался Раскольников, — но чем теперь-то он мне может помочь? Положим, уроки достанет, положим, даже последнею копейкой поделится, если есть у него копейка, так что можно даже и сапоги купить, и костюм поправить, чтобы на уроки ходить… гм… Ну, а дальше? На пятаки-то что ж я сделаю? Мне разве того теперь надобно? Право, смешно, что я пошел к Разумихину…»
Неточные совпадения
Вблизи ли производилась
работа — он
был вдали от нее;
была ли она вдали — его глаза отыскивали, что
было поближе.
— Я уж знала это: там все хорошая
работа. Третьего года сестра моя привезла оттуда теплые сапожки для детей: такой прочный товар, до сих пор носится. Ахти, сколько у тебя тут гербовой бумаги! — продолжала она, заглянувши к нему в шкатулку. И в самом деле, гербовой бумаги
было там немало. — Хоть бы мне листок подарил! а у меня такой недостаток; случится в суд просьбу подать, а и не на чем.
— Да уж в работниках не
будете иметь недостатку. У нас целые деревни пойдут в
работы: бесхлебье такое, что и не запомним. Уж вот беда-то, что не хотите нас совсем взять, а отслужили бы верою вам, ей-богу, отслужили. У вас всякому уму научишься, Константин Федорович. Так прикажите принять в последний раз.
При
работах он уже присутствовал почти без вниманья: мысли
были далеко, глаза отыскивали посторонние предметы.
Около четверти часа с лишком провозился он с кузнецами, покамест сладил, потому что кузнецы, как водится,
были отъявленные подлецы и, смекнув, что
работа нужна к спеху, заломили ровно вшестеро.