Жандарм на это согласился, и Наталья Николаевна, тщательно скрывая все это от мужа, искала
всеми мерами отслужить чем-нибудь своему хозяину: она копала с его работницей картофель, рубила капусту и ходила сама со своим бельем на реку.
Неточные совпадения
Но во
всех этих случаях, которые уже были известны и которые потому можно было предвидеть, против «увлекательности» Ахиллы благоразумно принимались
меры предосторожности, избавлявшие от всяких напастей и самого дьякона и его вокальное начальство: поручалось кому-нибудь из взрослых певчих дергать Ахиллу за полы или осаживать его в благопотребную минуту вниз за плечи.
Пошел, целовал ее без
меры, но ушел опять, чтобы занотовать себе
всю прелесть жены моей под свежими чувствами.
— А
все же, — говорю, — войска наши там по крайней
мере удерживают поляков, чтоб они нам не вредили.
Он, очевидно, слышал если не
весь разговор, который они вели на сходах храма, то по крайней
мере некоторые слова их.
«Вот и отлично, — подумала Бизюкина. — По крайней
мере есть хоть одна комната, где
все совершенно как следует». Затем она сделала на письменном столе два пятна чернилами, опрокинула ногой в углу плевальницу и рассыпала по полу песок… Но, боже мой! возвратясь в зал, акцизница заметила, что она было чуть-чуть не просмотрела самую ужасную вещь: на стене висел образ!
Протопоп вместо ответа подошел к дьякону и приподнял рукой волосы, не в
меру закрывшие
всю левую часть его лица.
И Николай Афанасьевич, скрипя своими сапожками, заковылял в комнаты к протопопице, но, побыв здесь
всего одну минуту, взял с собой дьякона и побрел к исправнику; от исправника они прошли к судье, и карлик с обоими с ними совещался, и ни от того, ни от другого ничего не узнал радостного. Они жалели Туберозова, говорили, что хотя протопоп и нехорошо сделал, сказав такую возбуждающую проповедь, но что с ним все-таки поступлено уже через
меру строго.
Горе Николая Афанасьевича не знало
меры и пределов. Совсем не так он думал возвращаться, как довелось, и зато он теперь ехал,
все вертясь в своих соображениях на одном и том же предмете, и вдруг его посетила мысль, — простая, ясная, спасительная и блестящая мысль, какие редко ниспосылаются и обыкновенно приходят вдруг, — именно как бы откуда-то свыше, а не из нас самих.
Владельцы этих дворцов возмущались страшным соседством, употребляли
все меры, чтобы уничтожить его, но ни речи, гремевшие в угоду им в заседаниях думы, ни дорого стоящие хлопоты у администрации ничего сделать не могли.
Неточные совпадения
Всё тот же ль он иль усмирился? // Иль корчит так же чудака? // Скажите, чем он возвратился? // Что нам представит он пока? // Чем ныне явится? Мельмотом, // Космополитом, патриотом, // Гарольдом, квакером, ханжой, // Иль маской щегольнет иной, // Иль просто будет добрый малой, // Как вы да я, как целый свет? // По крайней
мере мой совет: // Отстать от моды обветшалой. // Довольно он морочил свет… // — Знаком он вам? — И да и нет.
Он был любим… по крайней
мере // Так думал он, и был счастлив. // Стократ блажен, кто предан вере, // Кто, хладный ум угомонив, // Покоится в сердечной неге, // Как пьяный путник на ночлеге, // Или, нежней, как мотылек, // В весенний впившийся цветок; // Но жалок тот, кто
всё предвидит, // Чья не кружится голова, // Кто
все движенья,
все слова // В их переводе ненавидит, // Чье сердце опыт остудил // И забываться запретил!
Конечно, вы не раз видали // Уездной барышни альбом, // Что
все подружки измарали // С конца, с начала и кругом. // Сюда, назло правописанью, // Стихи без
меры, по преданью, // В знак дружбы верной внесены, // Уменьшены, продолжены. // На первом листике встречаешь // Qu’écrirez-vous sur ces tablettes; // И подпись: t. á. v. Annette; // А на последнем прочитаешь: // «Кто любит более тебя, // Пусть пишет далее меня».
Вместо вопросов: «Почем, батюшка, продали
меру овса? как воспользовались вчерашней порошей?» — говорили: «А что пишут в газетах, не выпустили ли опять Наполеона из острова?» Купцы этого сильно опасались, ибо совершенно верили предсказанию одного пророка, уже три года сидевшего в остроге; пророк пришел неизвестно откуда в лаптях и нагольном тулупе, страшно отзывавшемся тухлой рыбой, и возвестил, что Наполеон есть антихрист и держится на каменной цепи, за шестью стенами и семью морями, но после разорвет цепь и овладеет
всем миром.
От голоса до малейшего телодвиженья в нем
все было властительное, повелевающее, внушавшее в низших чинах если не уважение, то, по крайней
мере, робость.