Было сие весьма необдуманно и, скажу, даже глупо, ибо народ зажег свечи и пошел по домам, воспевая „мучителя фараона“ и крича: „Господь поборает вере мучимой; и ветер свещей не гасит“; другие кивали на меня и вопили: „Подай нам нашу Пречистую покровенную Богородицу и поклоняйся своей простоволосой в немецком платье“.
Помолилась я богу — прочитала, как еще в Мценске священник учил от запаления ума: «Благого царя благая мати, пречистая и чистая», — и сняла с себя капотик, и подхожу к ней в одной юбке, и говорю: «Послушай ты меня, Леканида Петровна!
Клянусь тебе пречистою Мадонной, Клянусь тебе Спасителя крестом, Клянусь отца священной сединою, Клянуся прахом матери моей — Вся жизнь моя и все мои мышленья Навек, Жуан, тебе принадлежат!
Все верующие шли за пречистым телом, а над ним, вместе с шествием, двигался большой облачный круг, имевший вид венца и озарявший всё шествие своим сиянием.
Все верующие шли за пречистым телом, а над ним, вместе с шествием, двигался большой облачный круг, имевший вид венца и озарявший всё шествие своим сиянием.