Кто там
что ни говори, а военное воспитание… нельзя не похвалить его; разумеется, не со всех сторон: с других сторон университет, может быть, лучше, но с другой стороны… всегда щеточка, гребенка, маленькое зеркальце в кармане, и я всегда этим отличался.
Неточные совпадения
— Тс! тс! не сметь! молчать! тс!
ни слова больше! — замахал на меня обеими руками генерал, как бы стараясь вогнать в меня назад вылетевшие из моих уст слова. — Я вам дам здесь рассуждать о вашей Великой Екатерине! Тссс!
Что такое ваша Великая Екатерина? Мы лучше вас знаем,
что такое Великая Екатерина!.. черная женщина!.. не сметь, не сметь про нее
говорить!..
— Да полноте, —
говорит, — я даже не понимаю, за
что вы его так сильно раздражили? Не все ли вам равно, где
ни служить?
„Стой, —
говорю, — стой,
ни одна не смей больше
ни слова
говорить! Этого я не могу! Давайте, —
говорю, — на том самом спорить, на
чем мы все поровну учены, и увидим, кто из нас совершеннее? Есть, —
говорю, — у нас карты?“»
Проповеди о посте или о молитве
говорить они уже не могут, а всё выйдут к аналою, да экспромту о лягушке: «как,
говорят, ныне некие глаголемые анатомы в светских книгах о душе лжесвидетельствуют по рассечению лягушки», или «сколь дерзновенно,
говорят, ныне некие лжеанатомы по усеченному и электрическою искрою припаленному кошачьему хвосту полагают о жизни»… а прихожане этим смущались,
что в церкви,
говорят, сказывает он негожие речи про припаленный кошкин хвост и лягушку; и дошло это вскоре до благочинного; и отцу Ивану экспромту теперь
говорить запрещено иначе как по тетрадке, с пропуском благочинного; а они
что ни начнут сочинять, — всё опять мимоволыю или от лягушки, или —
что уже совсем не идуще — от кошкина хвоста пишут и, главное, всё понапрасну, потому
что говорить им этого ничего никогда не позволят.
— Рад, —
говорю, — очень с вами познакомиться, — и, поверьте, действительно был рад. Такой мягкий человек,
что хоть его к больной ране прикладывай, и особенно мне в нем понравилось,
что хотя он с вида и похож на художника, но нет в нем
ни этой семинарской застенчивости,
ни маркерской развязности и вообще ничего лакейского, без
чего художник у нас редко обходится. Это просто входит бедный джентльмен, — в своем роде олицетворение благородной и спокойной гордости и нищеты рыцаря Ламанчского.
Это было ужасное дело: вынь да положь, чтобы в селах были школы открыты, а мужики,
что им
ни говори, только затылки чешут.
— И не
говори лучше: просто которого
ни возьми —
что твой Навуходоносор!.. коренье из земли норовит все выворотить.
Но тут дядя вдруг начал жестоко глумиться надо всем нашим временем и пошел, милостивые государи,
что же доказывать, —
что нет,
говорит, у вас на Руси
ни аристократов,
ни демократов,
ни патриотов,
ни изменников, а есть только одна деревенская попадья.
Нет-с, книги книгам рознь. А если б, между нами, // Был ценсором назначен я, // На басни бы налег; ох! басни — смерть моя! // Насмешки вечные над львами! над орлами! // Кто
что ни говори: // Хотя животные, а всё-таки цари.
— Еще бы!
Что ни говори, это одно из удовольствий жизни, — сказал Степан Аркадьич. — Ну, так дай ты нам, братец ты мой, устриц два, или мало — три десятка, суп с кореньями….
— Не люблю, не люблю, когда ты так дерзко говоришь! — гневно возразила бабушка. — Ты во что сам вышел, сударь: ни Богу свеча, ни черту кочерга! А Нил Андреич все-таки почтенный человек,
что ни говори: узнает, что ты так небрежно имением распоряжаешься — осудит! И меня осудит, если я соглашусь взять: ты сирота…
Неточные совпадения
Черт сбил с толку обоих чиновников; чиновники,
говоря попросту, перебесились и поссорились
ни за
что.
Уже несколько минут стоял Плюшкин, не
говоря ни слова, а Чичиков все еще не мог начать разговора, развлеченный как видом самого хозяина, так и всего того,
что было в его комнате.
Какое
ни придумай имя, уж непременно найдется в каком-нибудь углу нашего государства, благо велико, кто-нибудь, носящий его, и непременно рассердится не на живот, а на смерть, станет
говорить,
что автор нарочно приезжал секретно, с тем чтобы выведать все,
что он такое сам, и в каком тулупчике ходит, и к какой Аграфене Ивановне наведывается, и
что любит покушать.
Он объявил,
что главное дело — в хорошем почерке, а не в чем-либо другом,
что без этого не попадешь
ни в министры,
ни в государственные советники, а Тентетников писал тем самым письмом, о котором
говорят: «Писала сорока лапой, а не человек».
Генерал смутился. Собирая слова и мысли, стал он
говорить, хотя несколько несвязно,
что слово ты было им сказано не в том смысле,
что старику иной раз позволительно сказать молодому человеку ты(о чине своем он не упомянул
ни слова).