Неточные совпадения
Воспоминания обрываются при этом дорогом имени, и вдруг выступает какая-то действительность, но такая смутная, точно
едешь в крытом возке по скрипучему первозимку, — и кажется, что
едешь, и кажется, что и не
едешь, а будто как живешь какой-то
сладкой забытой жизнью; и все жужжит, жужжит по снегу гладкий полоз под ушами, и все и взад и вперед дергается разом — и память и дорога.
Теперь его поглотила любимая мысль: он думал о маленькой колонии друзей, которые поселятся в деревеньках и фермах, в пятнадцати или двадцати верстах вокруг его деревни, как попеременно будут каждый день съезжаться друг к другу в гости, обедать, ужинать, танцевать; ему видятся всё ясные дни, ясные лица, без забот и морщин, смеющиеся, круглые, с ярким румянцем, с двойным подбородком и неувядающим аппетитом; будет вечное лето, вечное веселье,
сладкая еда да сладкая лень…
Она одна относилась к ребенку по-человечески, и к ней одной он питал нечто вроде привязанности. Она рассказывала ему про деревню, про бывших помещиков, как им привольно жилось, какая была
сладкая еда. От нее он получил смутное представление о поле, о лесе, о крестьянской избе.
Сладкую еду, богатые одежды, всякую роскошь — вы называете счастьем. А я думаю, что ничего не желать — это самое большое блаженство, и для того, чтобы приблизиться к этому высшему счастью, надо приучить себя нуждаться в немногом.
Неточные совпадения
Рано, рано утром безжалостный и, как всегда бывают люди в новой должности, слишком усердный Василий сдергивает одеяло и уверяет, что пора
ехать и все уже готово. Как ни жмешься, ни хитришь, ни сердишься, чтобы хоть еще на четверть часа продлить
сладкий утренний сон, по решительному лицу Василья видишь, что он неумолим и готов еще двадцать раз сдернуть одеяло, вскакиваешь и бежишь на двор умываться.
Утром, только что встала с постели Дуня, стала торопить Дарью Сергевну, скорей бы сряжалась
ехать вместе с ней на Почайну. Собрались, но дверь широко распахнулась, и с радостным, светлым лицом вошла Аграфена Петровна с детьми. Веселой, но спокойной улыбкой сияла она. Вмиг белоснежные руки Дуни обвились вокруг шеи сердечного друга. Ни слов, ни приветов, одни поцелуи да
сладкие слезы свиданья.
Ехали сватать да хвастать,
ехали на мед да на
сладкие пироги, на пиры да на горний стол, ан им, как шест, поворот от ворот, и разъехались кумушки по домам несолоно хлебавши.
Аггей Никитич, начинавший несколько поотставать от своей спутницы, погрузился было в
сладкие грезы; но аптекарша снова велела кучеру
ехать тише, так что Аггей Никитич опять поравнялся с нею.
Домнушка на неделе завертывала проведать мать раза три и непременно тащила с собой какой-нибудь узелок с разною господскою
едой: то кусок пирога, то телятины, то целую жареную рыбу, а иногда и шкалик
сладкой наливки.