— Да-с; я полагаю, что у этого человека очень развито правое плечевое сочленение, а это
очень важно при спорах в России, — отвечал мордочке тенор и легко снялся с подоконника.
Здесь были и смелость, и наглость, и чувствительная подкладка, и недосуг опомниться; неразрешенным оставалось: быть ли успеху?.. А отчего и нет? Отчего и не быть? Правда, Маня прекрасное, чистое дитя — все это так; но это дитя позволило насильно поцеловать себя и прошептала, а не прокричала «пустите!» Для опытного человека это обстоятельство
очень важно — обстоятельство в девяносто девяти случаях изо ста ручающееся нахалу за непременный успех.
— Послушай, — сказал Грушницкий
очень важно, — пожалуйста, не подшучивай над моей любовью, если хочешь остаться моим приятелем…
— Так проходя-то в восьмом часу-с, по лестнице-то, не видали ль хоть вы, во втором-то этаже, в квартире-то отворенной — помните? двух работников или хоть одного из них? Они красили там, не заметили ли? Это очень,
очень важно для них!..
Все, что я говорю,
очень важно; путешественнику стыдно заниматься будничным делом: он должен посвящать себя преимущественно тому, чего уж нет давно, или тому, что, может быть, было, а может быть, и нет.
Неточные совпадения
Нашел он полон двор услуги; // К покойнику со всех сторон // Съезжались недруги и други, // Охотники до похорон. // Покойника похоронили. // Попы и гости ели, пили // И после
важно разошлись, // Как будто делом занялись. // Вот наш Онегин — сельский житель, // Заводов, вод, лесов, земель // Хозяин полный, а досель // Порядка враг и расточитель, // И
очень рад, что прежний путь // Переменил на что-нибудь.
Сигару курил, стоя среди комнаты, студент в сюртуке, высокий, с кривыми ногами кавалериста; его тупой, широкий подбородок и бритые щеки казались черными, густые усы лихо закручены; он
важно смерил Самгина выпуклыми, белыми глазами, кивнул гладко остриженной,
очень круглой головою и сказал басом:
Это последнее условие было в особенности
важно, и убогие люди предъявляли его
очень настойчиво.
— Алеша, дайте мне вашу руку, что вы ее отнимаете, — промолвила Lise ослабленным от счастья, упавшим каким-то голоском. — Послушайте, Алеша, во что вы оденетесь, как выйдете из монастыря, в какой костюм? Не смейтесь, не сердитесь, это
очень,
очень для меня
важно.
— Бардзо ми то мило, пане, выпием (это мне
очень приятно, пане, выпьем), —
важно и благосклонно проговорил пан на диване и взял свой стакан.