Этим временем в гостиную из задних комнат вошли
три девушки. Одна из них была Рогнеда Романовна, другая — дочь маркизы, а третья — Лиза.
Неточные совпадения
Здесь Ульрих Райнер провел семь лет, скопил малую толику капитальца и в исходе седьмого года женился на русской
девушке, служившей вместе с ним около
трех лет гувернанткой в том же доме князей Тотемских.
Выходя, он думал: «только надо подальше от всех», — и мимоходом нанял первую попавшуюся ему квартиру в четыре комнаты; купил у Сухаревой подержанную мебель, нанял
девушку и заказал топить, а на другой день, перед вечером, встретил на дворе купца Репина на Солянке дорожный возок, из которого вылезли
три незнакомые барыни, а потом и Ольга Александровна с дочкой.
В этой комнате стоял старенький, вероятно с какого-нибудь чердачка снесенный столик, за которым, стоя, ели из деревянной чашки
три прехорошенькие горничные
девушки. С ними вместе помещался на белой деревянной табуретке, обедал и, по-видимому, очень их смешил молодой человек в коричневом домашнем архалучке.
По этим родственным отношениям
три девушки не могли поселиться на общей квартире: у одной мать была неуживчивого характера; у другой мать была чиновница и не хотела жить вместе с мужичками, у третьей отец был пьяница.
Опыт третий. Любовь Ю-н, 16 лет, проститутка; поступила в больницу с уретритом; сифилиса никогда не имела. 27 сентября ей впрыснут под левую лопатку полный правацовский шприц молока сифилитички. Девушка получила сифилис [Ist die Syphilis durch Milch übertragbar? St.-Petersburger Med. Wochenschrift, 1876, № 23. В оригинале все
три девушки названы полными фамилиями.].
На рыданье матери вбежали обе княжны, сидевшие в соседней гостиной. Александрита машинально побежала в будуар княгини и принесла одеколон и соли. Общими усилиями
три девушки стали приводить в чувство Зою Александровну. Князь Виктор стоял поодаль у окна, и кусая губы, сдерживал невольно набегавшие на глаза слезы пережитого волнения. Княгиня очнулась и увидев наклонившуюся над ней Александру, продолжавшую примачивать ей виски одеколоном, вдруг выпрямилась.
Неточные совпадения
Раскольников приостановился рядом с двумя-тремя слушателями, послушал, вынул пятак и положил в руку
девушке.
Около чайного стола Обломов увидал живущую у них престарелую тетку, восьмидесяти лет, беспрерывно ворчавшую на свою девчонку, которая, тряся от старости головой, прислуживала ей, стоя за ее стулом. Там и
три пожилые
девушки, дальние родственницы отца его, и немного помешанный деверь его матери, и помещик семи душ, Чекменев, гостивший у них, и еще какие-то старушки и старички.
Девушка сидела на лавочке в темном углу церкви; другая
терла ей виски.
Быстро темнело. В синеве, над рекою, повисли на тонких ниточках лучей
три звезды и отразились в темной воде масляными каплями. На даче Алины зажгли огни в двух окнах, из реки всплыло уродливо большое, квадратное лицо с желтыми, расплывшимися глазами, накрытое островерхим колпаком. Через несколько минут с крыльца дачи сошли на берег
девушки, и Алина жалобно вскрикнула:
Клим не видел Сомову больше
трех лет; за это время она превратилась из лимфатического, неуклюжего подростка в деревенскую ситцевую
девушку.