Он еще завернул раза три к маркизе и всякий раз заставал у нее Сахарова. Маркиза ему искала места. Розанову она тоже взялась протежировать и отдала ему самому письмо для отправления в Петербург к одному важному лицу. Розанов отправил это письмо, а через две недели к нему заехал Рациборский и привез известие, что Розанов определен ординатором при одной гражданской больнице; сообщая Розанову это известие, Рациборский ни одним
словом не дал почувствовать Розанову, кому он обязан за это определение.
Полинька Калистратова ни духом, ни
словом не давала Розанову заметить, что она помнит о его признании. Все шло так, как будто ничего не было.
Неточные совпадения
— То-то хорошо. Скажи на ушко Ольге Сергеевне, — прибавила, смеясь, игуменья, — что если Лизу будут обижать дома, то я ее к себе в монастырь возьму.
Не смейся,
не смейся, а скажи. Я без шуток говорю: если увижу, что вы
не хотите
дать ей жить сообразно ее натуре, честное
слово даю, что к себе увезу.
Зарницын за это упрекал Евгению Петровну, указывая ей на высокое призвание гражданки; Вязмитинов об этом никогда
не разговаривал, а доктор, сделавшийся жарким поклонником скромных достоинств Женни, обыкновенно
не давал сказать против нее ни одного
слова.
— Урсула слишком поторопилась
дать свое
слово: она
не может быть и никогда
не будет женою нерешительного человека.
— Нет, оставьте, Дмитрий Петрович,
не надо, — спокойно ответила Лиза,
не глядя на тетку, и Розанов ушел,
давши Бахаревым
слово навещать их часто.
Лизу теребили нарасхват и
не давали Розанову сказать с нею ни одного
слова.
— Да, пущу. Со мной
не было понятых. Если вы
дадите слово удирать отсюда подальше, я пущу вас.
— Сполна целостию. Нет, говорю: она моя жена теперь, шабаш. У меня женщину трогать ни-ни. Я вот этой Кулобихе говорю:
дай пять тысяч на развод, сейчас разведусь и благородною тебя сделаю. Я уж
не отопрусь. Я
слово дал и
не отопрусь.
Дама, приготовлявшая бутерброд для ребенка, молча оглянулась на Розанова, и сидящие на окне особы женского пола тоже смотрели на него самым равнодушным взглядом, но
не сказали ни
слова,
давая этим чувствовать, что относящийся к ним вопрос недостаточно ясно формулирован и в такой редакции
не обязывает их к ответу.
— Лизавета Егоровна такая честная и непорочная в своем поведении девушка, каких
дай нам бог побольше, — начал он,
давая вес каждому своему
слову, но с прежнею сдержанностью. — Она
не уронила себя ни в каком кружке, ни в коммерческом, ни в аристократическом.
— Эге! да ты, как я вижу,
слова не даешь мне выговорить! А что это значит? Когда это бывало с тобою? Верно, успел уже хлебнуть, не продавши ничего…
Он велит тебя убить; да мне нельзя убить, — я за тебя деньги заплатил; да я тебя, Иван, полюбил; я тебя не то что убить, я бы тебя и выпускать не стал, кабы
слова не дал.
Высшая доза морфия — три сантиграмма; взрослой, совсем не слабой больной впрыснули под кожу пять миллиграммов морфия, — и она умерла; для объяснения таких фактов в медицине существует специальное слово «идиосинкразия», но это
слово не дает мне никаких указаний на то, когда я должен ждать чего-либо подобного…
Неточные совпадения
Но ей нельзя. Нельзя? Но что же? // Да Ольга
слово уж
дала // Онегину. О Боже, Боже! // Что слышит он? Она могла… // Возможно ль? Чуть лишь из пеленок, // Кокетка, ветреный ребенок! // Уж хитрость ведает она, // Уж изменять научена! //
Не в силах Ленский снесть удара; // Проказы женские кляня, // Выходит, требует коня // И скачет. Пистолетов пара, // Две пули — больше ничего — // Вдруг разрешат судьбу его.
Люблю я очень это
слово, // Но
не могу перевести; // Оно у нас покамест ново, // И вряд ли быть ему в чести. // Оно б годилось в эпиграмме…) // Но обращаюсь к нашей
даме. // Беспечной прелестью мила, // Она сидела у стола // С блестящей Ниной Воронскою, // Сей Клеопатрою Невы; // И верно б согласились вы, // Что Нина мраморной красою // Затмить соседку
не могла, // Хоть ослепительна была.
Неправильный, небрежный лепет, // Неточный выговор речей // По-прежнему сердечный трепет // Произведут в груди моей; // Раскаяться во мне нет силы, // Мне галлицизмы будут милы, // Как прошлой юности грехи, // Как Богдановича стихи. // Но полно. Мне пора заняться // Письмом красавицы моей; // Я
слово дал, и что ж? ей-ей, // Теперь готов уж отказаться. // Я знаю: нежного Парни // Перо
не в моде в наши дни.
Но здесь с победою поздравим // Татьяну милую мою // И в сторону свой путь направим, // Чтоб
не забыть, о ком пою… // Да кстати, здесь о том два
слова: // Пою приятеля младого // И множество его причуд. // Благослови мой долгий труд, // О ты, эпическая муза! // И, верный посох мне вручив, //
Не дай блуждать мне вкось и вкрив. // Довольно. С плеч долой обуза! // Я классицизму отдал честь: // Хоть поздно, а вступленье есть.
Ну, уж после таких
слов, произнесенных приятною
дамою, должна была неминуемо последовать буря, но, к величайшему изумлению, обе
дамы вдруг приутихли, и совершенно ничего
не последовало.