Неточные совпадения
А
Великий пост был: у нас в доме как вот словно в монастыре, опричь грибов ничего
не варили, да и то по середам и по пятницам без масла.
— Да что ж умеешь? Вон видишь, говоришь: «опух
велик», ничего
не разберешь, значит.
— Через полгода! Экую штуку сказал! Две бабы в год —
велика важность. А по-вашему,
не нового ли было бы требовать?
— Мужнин дом
велик. Пока ребят
не нарожала еще, две семьи разместить можно.
Случались, конечно, и исключения, но
не ими вода освящалась в
великом море русской жизни.
Эта эпоха возрождения с людьми,
не получившими в наследие ни одного гроша,
не взявшими в напутствие ни одного доброго завета, поистине должна считаться одною из
великих, поэтических эпох нашей истории. Что влекло этих сепаратистов, как
не чувство добра и справедливости? Кто вел их? Кто хоть на время подавил в них дух обуявшего нацию себялюбия, двоедушия и продажности?
На
великое несчастие этих людей, у них
не было вовремя силы отречься от пристававших к ним шутов.
— Рудин! Рудин! — кричал он на Зарницына. — Все с проповедями ходишь, на
великое служение всех подбиваешь: мать Гракхов сыновей кормила, а ты, смотри, бабки слепой
не умори голодом с проповедями-то.
Не заметил он, как чрез Никольские ворота вступили они в Кремль, обошли Ивана
Великого и остановились над кремлевским рвом, где тонула в тени маленькая церковь, а вокруг извивалась зубчатая стена с оригинальными азиатскими башнями, а там тихая Москва-река с перекинутым через нее Москворецким мостом, а еще дальше облитое лунным светом Замоскворечье и сияющий купол Симонова монастыря.
— Гггааа! Что вы этим хотите сказать? То, что Москва сберегла свою физиономию; то, что по ней можно читать историю народа; то, что она строена
не по плану присяжного архитектора и взведена
не на человеческих костях; то, что в ней живы памятники
великого прошлого; то, что…
Она играла, что у нас называется, «с чувством», т. е. значит играла
не про господ, а про свой расход, играла, как играют девицы, которым
не дано ни музыкальной руки, ни музыкального уха и игра которых отличается чувством оскорбительной дерзости перевирать
великие творения,
не видя ни в пасторальной симфонии Бетховена, ни в
великой оратории Гайдна ничего, кроме значков, написанных на чистой бумаге.
— Мы
не можем ходить за ними в каждый дом. Москва
велика, — они везде собираются.
Хожалый был отомщен. Барсук был облит кровью, а сам Арапов заставлял жалеть, что в течение этих трех или четырех часов его жизни
не мог наблюдать хоть Розанов для своей психиатрической диссертации или
великий драматический талант для типического создания героя современной комедии.
— Отлично, брат, — ну уж город! Ивана
Великого ямщик за пятнадцать верст показывал; непременно надо будет сходить. Как же-то… Ты мне и
не сказал: как Лизавета Егоровна?
По диванам и козеткам довольно обширной квартиры Райнера расселились: 1) студент Лукьян Прорвич, молодой человек, недовольный университетскими порядками и желавший утверждения в обществе коммунистических начал, безбрачия и вообще естественной жизни; 2) Неофит Кусицын, студент, окончивший курс, — маленький, вострорыленький, гнусливый человек, лишенный средств совладать с своим самолюбием, также поставивший себе обязанностью написать свое имя в ряду первых поборников естественной жизни; 3) Феофан Котырло, то, что поляки характеристично называют wielke nic, [Букв.:
великое ничто (польск.).] — человек,
не умеющий ничего понимать иначе, как понимает Кусицын, а впрочем, тоже коммунист и естественник; 4) лекарь Сулима, человек без занятий и без определенного направления, но с непреодолимым влечением к бездействию и покою; лицом черен, глаза словно две маслины; 5) Никон Ревякин, уволенный из духовного ведомства иподиакон, умеющий везде пристроиваться на чужой счет и почитаемый неповрежденным типом широкой русской натуры; искателен и
не прочь действовать исподтишка против лучшего из своих благодетелей; 6) Емельян Бочаров, толстый белокурый студент, способный на все и ничего
не делающий; из всех его способностей более других разрабатывается им способность противоречить себе на каждом шагу и
не считаться деньгами, и 7) Авдотья Григорьевна Быстрова, двадцатилетняя девица,
не знающая, что ей делать, но полная презрения к обыкновенному труду.
Она была
не очень
велика, всего состояла из шести комнат, но расположение этих комнат было обдумано с большим соображением и давало возможность расположиться необыкновенно удобно.
Письмо это было написано по-французски, а как Белоярцев
не умел свободно справляться с этим языком, то его читала и переводила Каверина. Ее же Белоярцев просил перевести на французский язык и переписать составленный им ответ. Ответ этот был нарочито
велик, полон умных слов и самых курьезных советов.
— Я, брат, точно, сердит. Сердит я раз потому, что мне дохнуть некогда, а людям все пустяки на уме; а то тоже я терпеть
не могу, как кто
не дело говорит. Мутоврят народ тот туда, тот сюда, а сами, ей-право,
великое слово тебе говорю, дороги никуда
не знают, без нашего брата
не найдут ее никогда. Всё будут кружиться, и все сесть будет некуда.
Матери не нравились в Левине и его странные и резкие суждения, и его неловкость в свете, основанная, как она полагала, на гордости, и его, по ее понятиям, дикая какая-то жизнь в деревне, с занятиями скотиной и мужиками; не нравилось очень и то, что он, влюбленный в ее дочь, ездил в дом полтора месяца, чего-то как будто ждал, высматривал, как будто боялся,
не велика ли будет честь, если он сделает предложение, и не понимал, что, ездя в дом, где девушка невеста, надо было объясниться.
Неточные совпадения
В саван окутался Чертов овраг, // Ночью там росы
велики, // Зги
не видать! только совы снуют, // Оземь ширяясь крылами, // Слышно, как лошади листья жуют, // Тихо звеня бубенцами.
Пришел солдат с медалями, // Чуть жив, а выпить хочется: // — Я счастлив! — говорит. // «Ну, открывай, старинушка, // В чем счастие солдатское? // Да
не таись, смотри!» // — А в том, во-первых, счастие, // Что в двадцати сражениях // Я был, а
не убит! // А во-вторых, важней того, // Я и во время мирное // Ходил ни сыт ни голоден, // А смерти
не дался! // А в-третьих — за провинности, //
Великие и малые, // Нещадно бит я палками, // А хоть пощупай — жив!
Крестьяне, как заметили, // Что
не обидны барину // Якимовы слова, // И сами согласилися // С Якимом: — Слово верное: // Нам подобает пить! // Пьем — значит, силу чувствуем! // Придет печаль
великая, // Как перестанем пить!.. // Работа
не свалила бы, // Беда
не одолела бы, // Нас хмель
не одолит! //
Не так ли? // «Да, бог милостив!» // — Ну, выпей с нами чарочку!
Отменно драл Шалашников, // А
не ахти
великие // Доходы получал:
Не дорога мне мельница, // Обида
велика!