Неточные совпадения
— Ах, мать моя! Как? Ну, вот одна выдумает, что она страдалица, другая, что она героиня, третья
еще что-нибудь такое, чего вовсе
нет. Уверят себя в существовании несуществующего, да и пойдут чудеса творить, от которых бог знает сколько людей станут в несчастные положения. Вот как твоя сестрица Зиночка.
Двух лет
еще нет, как ее братец вот тут же, на этом самом месте, все развивал мне ваши идеи новые.
— Н…
нет, они не поймут; они никог… да, ни… ког… да не поймут. Тетка Агния правду говорила. Есть, верно, в самом деле семьи, где
еще меньше понимают, чем в институте.
— Ты даже, — хорошо. Постой-ка, батюшка! Ты, вон тебе шестой десяток, да на хорошеньких-то зеваешь, а ее мужу тридцать лет! тут без греха грех. — Да грех-то
еще грехом, а то и сердечишко заговорит. От капризных-то мужей ведь умеют подбирать: тебе, мол, милая, он не годится, ну, дескать, мне подай. Вы об этом подумали с нежной маменькой-то или
нет, — а?
— Ну, и так до сих пор: кроме «да» да «
нет», никто от нее ни одного слова не слышал. Я уж было и покричал намедни, — ничего, и глазом не моргнула. Ну, а потом мне жалко ее стало, приласкал, и она ласково меня поцеловала. — Теперь вот перед отъездом моим пришла в кабинет сама (чтобы не забыть
еще, право), просила ей хоть какой-нибудь журнал выписать.
—
Нет, не таков. Ты
еще осенью был человеком, подававшим надежды проснуться, а теперь, как Бахаревы уехали, ты совсем — шут тебя знает, на что ты похож — бестолков совсем, милый мой, становишься. Я думал, что Лизавета Егоровна тебя повернет своей живостью, а ты, верно, только и способен миндальничать.
—
Нет, равно боюсь. Эта просто бедовая; говори с ней, да оглядывайся; а та
еще хуже.
— Да, считаю, Лизавета Егоровна, и уверен, что это на самом деле. Я не могу ничего сделать хорошего: сил
нет. Я ведь с детства в каком-то разладе с жизнью. Мать при мне отца поедом ела за то, что тот не умел низко кланяться; молодость моя прошла у моего дяди, такого нравственного развратителя, что и
нет ему подобного.
Еще тогда все мои чистые порывы повытоптали. Попробовал полюбить всем сердцем… совсем черт знает что вышло. Вся смелость меня оставила.
— Нет-с, далеко не то самое. Женщину ее несчастие в браке делает
еще гораздо интереснее, а для женатого мужчины, если он несчастлив, что остается? Связишки, интрижки и всякая такая гадость, — а любви
нет.
Лиза в это время всё
еще лежала с открытыми глазами и думала: «
Нет, так нельзя. Где же нибудь да есть люди!»
—
Нет, мечтания. Я знаю Русь не по-писаному. Она живет сама по себе, и ничего вы с нею не поделаете. Если что делать
еще, так надо ладом делать, а не на грудцы лезть. Никто с вами не пойдет, и что вы мне ни говорите, у вас у самих-то
нет людей.
— Что ж, никого
еще нет? — спросил Арапов, когда они перешли из маленького зальца в столь же маленькую и уютную гостиную.
— Низость, это низость — ходить в дом к честной женщине и петь на ее счет такие гнусные песни. Здесь
нет ее детей, и я отвечаю за нее каждому, кто
еще скажет на ее счет хоть одно непристойное слово.
— И отлично;
нет ли
еще где жида крещеного?
— Именно воздух чище: в них меньше все прокурено ладаном, как в ваших палатках. И
еще в Москве
нет разума: он потерян. Здесь идет жизнь не по разуму, а по предрассудкам. Свободомыслящих людей
нет в Москве, — говорил ободренный Пархоменко.
—
Нет, зачем же; вы
еще зарежете, — пошутила маркиза.
— Как хотите, познакомьте. Вы должны познакомить меня с ним. Не ради любопытства вас прошу, а это нужно. У нас ни одного раскольника
еще нет, а они сила. Давайте мне этого.
— Вздор!
Нет, покорно вас благодарю. Когда гибнет дело, так хорошо начатое, так это не вздор. По крайней мере для меня это не вздор. Я положительно уверен, что это какой-нибудь негодяй нарочно подстраивает. Помилуйте, — продолжал он, вставая, — сегодня
еще перед утром зашел, как нарочно, и все три были здоровехоньки, а теперь вдруг приходит и говорит: «пуздыхалы воны».
— Да вот четвертую сотню качаем. Бумага паскудная такая, что мочи
нет. Красная и желтая ничего
еще, а эта синяя — черт ее знает — вся под вальком крутится. Или опять и зеленая; вот и глядите, ни черта на ней не выходит.
— У вас
нет ли
еще места ученице?
— Какая же, господа, прибыль? Теперь
еще нет сбережений.
— Нет-с, это
еще нужно обсудить, — отвечала Бертольди. — Заготовление предметов роскоши я не признаю трудом, достойным развитого работника. Делать букли, перчатки или кружева, по-моему, значит поощрять человеческую пошлость.
—
Нет,
нет, monsieur Белоярцев, — решительно отозвалась Мечникова, позволившая себе слегка зевнуть во время его пышной речи, — моя сестра
еще слишком молода, и
еще, бог ее знает, что теперь из нее вышло. Надо прежде посмотреть, что она за человек, — заключила Мечникова и, наскучив этим разговором, решительно встала с своего места.
— Нет-с,
еще не напечатана.
— Нет-с, есть. — А повторительно опять тоже такое дело: имел я в юных летах, когда
еще находился в господском доме, товарища, Ивана Ивановича Чашникова, и очень их любил, а они пошли в откупа, разбогатели и меня, маленького купца, неравно забыли, но, можно сказать, с презреньем даже отвергли, — так я вот желаю, чтобы они увидали, что нижнедевицкий купец Семен Лазарев хотя и бедный человек, а может держать себя на точке вида.
—
Нет, позвольте, — говорили наперебой молодая супруга одного начальника отделения и внучка камергерши Меревой, забивая насмерть Зарницына и
еще нескольких молодящихся чиновников. — Что же вы, однако, предоставили женщине?
Неточные совпадения
А он не едет; он заране // Писать ко прадедам готов // О скорой встрече; а Татьяне // И дела
нет (их пол таков); // А он упрям, отстать не хочет, //
Еще надеется, хлопочет; // Смелей здорового, больной // Княгине слабою рукой // Он пишет страстное посланье. // Хоть толку мало вообще // Он в письмах видел не вотще; // Но, знать, сердечное страданье // Уже пришло ему невмочь. // Вот вам письмо его точь-в-точь.
Мечтам и годам
нет возврата; // Не обновлю души моей… // Я вас люблю любовью брата // И, может быть,
еще нежней. // Послушайте ж меня без гнева: // Сменит не раз младая дева // Мечтами легкие мечты; // Так деревцо свои листы // Меняет с каждою весною. // Так, видно, небом суждено. // Полюбите вы снова: но… // Учитесь властвовать собою: // Не всякий вас, как я, поймет; // К беде неопытность ведет».
И вы, читатель благосклонный, // В своей коляске выписной // Оставьте град неугомонный, // Где веселились вы зимой; // С моею музой своенравной // Пойдемте слушать шум дубравный // Над безыменною рекой // В деревне, где Евгений мой, // Отшельник праздный и унылый, //
Еще недавно жил зимой // В соседстве Тани молодой, // Моей мечтательницы милой, // Но где его теперь уж
нет… // Где грустный он оставил след.
— Да сделай ты мне свиной сычуг. Положи в середку кусочек льду, чтобы он взбухнул хорошенько. Да чтобы к осетру обкладка, гарнир-то, гарнир-то чтобы был побогаче! Обложи его раками, да поджаренной маленькой рыбкой, да проложи фаршецом из снеточков, да подбавь мелкой сечки, хренку, да груздочков, да репушки, да морковки, да бобков, да
нет ли
еще там какого коренья?
— Да, сегодня! сегодня нельзя, — сказал Иван Антонович. — Нужно навести
еще справки,
нет ли
еще запрещений.