— Я, право, не знаю, — начал было Райнер, но тотчас же ударил себя
в лоб и сказал: — ах боже мой! верно, эта бумага, которую я писал к полякам.
Неточные совпадения
В ее больших черных глазах виднелась смелая душа, гордая своею силою и своим прошлым страданием, оттиснутым стальным штемпелем времени на пергаментном
лбу игуменьи.
Он снова охватил ослизшую, мокрую сваю и, прислоняясь к ней
лбом, остановился
в почти бесчувственном состоянии.
— Ишь, у тебя волосы-то как разбрылялись, — бормотала старуха, поправляя пальцем свободной руки набежавшие у Лизы на
лоб волосы. — Ты поди
в свою комнату да поправься прежде, причешись, а потом и приходи к родительнице, да не фон-бароном, а покорно приди, чувствуя, что ты мать обидела.
Все замолчали. Лиза откинула набежавшие на
лоб волосы и продолжала спокойно стоять
в прежнем положении.
Ни на висках, ни на темени у Саренки не было ни одной волосинки, и только из-под воротника по затылку откуда-то выползала довольно черная косица, которую педагог расстилал по всей голове и
в виде лаврового венка соединял ее концы над низеньким
лбом.
Высокий, умный, но холодный
лоб Ярошиньского был правильно подлиневан двумя почти сходившимися бровями, из которых еще не совсем исчез черный волос молодости, но еще более молодости было
в черных, тоже очень умных его глазах.
У Райнера набежали на глаза слезы, и он, выйдя из-за стола, прислонился
лбом к окну
в гостиной.
В один погожий осенний день медики после обеда занимались чтением, когда
в дверь просунулась русая голова с волосами, подстриженными на
лбу, и спросила...
По вечерам
в калитку дома входили три личности. Первая из этих личностей был высокий рыжий атлет
в полушубке, человек свирепого и решительного вида; вторая, его товарищ, был прекоренастый черный мужик с волосами, нависшими на
лоб. Он был слеп, угрюм и молчалив.
Теперешний Стрепетов был не похож на Стрепетова, сидевшего вчера на лавочке бульвара. Он был суров и гневен. Умный
лоб его морщился, брови сдвигались, он шевелил своими большими губами и грозно смотрел
в сторону из-под нависших бровей. Даже белый стог волос на его голове как будто двигался и шевелился.
— Ггггааа! и такие люди были у меня! И я
в моем доме принимала таких людей! — вопила маркиза, закрывая рукою свой
лоб. — Где Оничка?
Оставшись один, Арапов покусал губы, пожал
лоб, потом вошел
в чуланчик, взял с полки какую-то ничтожную бумажку и разорвал ее; наконец, снял со стены висевший над кроватью револьвер и остановился, смотря то на окно комнаты, то на дуло пистолета.
В первый день Ольга Александровна по обыкновению была не
в меру нежна; во второй — не
в меру чувствительна и придирчива, а там у нее во
лбу сощелкивало, и она несла зря, что ни попало.
Вот Мишенька, не говоря ни слова, // Увесистый булыжник в лапы сгрёб, // Присел на корточки, не переводит духу, // Сам думает: «Молчи ж, уж я тебя, воструху!» // И, у друга на лбу подкарауля муху, // Что силы есть — хвать друга камнем
в лоб!
Неточные совпадения
Привычка усладила горе, // Не отразимое ничем; // Открытие большое вскоре // Ее утешило совсем: // Она меж делом и досугом // Открыла тайну, как супругом // Самодержавно управлять, // И всё тогда пошло на стать. // Она езжала по работам, // Солила на зиму грибы, // Вела расходы, брила
лбы, // Ходила
в баню по субботам, // Служанок била осердясь — // Всё это мужа не спросясь.
Приятно дерзкой эпиграммой // Взбесить оплошного врага; // Приятно зреть, как он, упрямо // Склонив бодливые рога, // Невольно
в зеркало глядится // И узнавать себя стыдится; // Приятней, если он, друзья, // Завоет сдуру: это я! // Еще приятнее
в молчанье // Ему готовить честный гроб // И тихо целить
в бледный
лоб // На благородном расстоянье; // Но отослать его к отцам // Едва ль приятно будет вам.
Подъезжая ко двору, Чичиков заметил на крыльце самого хозяина, который стоял
в зеленом шалоновом сюртуке, приставив руку ко
лбу в виде зонтика над глазами, чтобы рассмотреть получше подъезжавший экипаж.
Здесь Костанжогло плюнул и чуть-чуть не выговорил несколько неприличных и бранных слов
в присутствии супруги. Суровая тень темной ипохондрии омрачила его живое лицо. Вздоль
лба и впоперек его собрались морщины, обличители гневного движенья взволнованной желчи.
Нужно заметить, что у некоторых дам, — я говорю у некоторых, это не то, что у всех, — есть маленькая слабость: если они заметят у себя что-нибудь особенно хорошее,
лоб ли, рот ли, руки ли, то уже думают, что лучшая часть лица их так первая и бросится всем
в глаза и все вдруг заговорят
в один голос: «Посмотрите, посмотрите, какой у ней прекрасный греческий нос!» или: «Какой правильный, очаровательный
лоб!» У которой же хороши плечи, та уверена заранее, что все молодые люди будут совершенно восхищены и то и дело станут повторять
в то время, когда она будет проходить мимо: «Ах, какие чудесные у этой плечи», — а на лицо, волосы, нос,
лоб даже не взглянут, если же и взглянут, то как на что-то постороннее.