Кишенский заподозрил, что дело что-то нечисто, и
сообщил о том жене Висленева, которая поэкзаменовала Казимиру и, заметив в ней некоторое смущение, пришла к тем же самым заключениям, что и Кишенский.
Неточные совпадения
Один, кто мог бы
сообщить им какие-нибудь сведения, был Висленев, но
о нем не было и помину, он сидел крепко-накрепко запершись в ванной и хранил глубочайшее молчание. Наконец слуги, замечая смятение господ, сказали, что с барыней еще приехал сумасшедший высокий, черный барин, с огромною бородой и в полосатой шапке.
Глафира
сообщила брату
о доходивших до нее в Париж странных слухах насчет ее мужа,
о его безумных, рискованных предприятиях и еще более
о его странной связи с княгиней Казимирой, связи, которая стоила старику чудовищных денег и, наконец, угрожала теперь скандалом по случаю пропажи ребенка.
Брат и сестра, несмотря на долговременную их разлуку друг с другом, ничего не находили особенно живого
сообщить один другому: чиновник говорил в насмешливом тоне
о Петербурге,
о России,
о русском направлении,
о немцах,
о политике,
о банках,
о женщинах,
о женском труде, то сочувственно, то иронически, но с постоянным соблюдением особого известного ему секрета — как все это переделать по-новому.
Казимира уехала из Петербурга в тот же день, что и было совершенно уместно, потому что Глафира Васильевна,
сообщая генералу
о своем успехе в этой сделке, улыбаясь, передала ему клочки разорванного Казимирой векселя.
—
О, еще бы! — воскликнул Ропшин и, разумеется, все это
сообщил Глафире Васильевне.
Предпочтение, которое Катерина Астафьевна оказывала в эту пору разговорам с генералом, подвигнуло и его принять участие в заботах
о судьбе новобрачных, и Иван Демьянович, вытребовав к себе в одно прекрасное утро майоршу,
сообщил ей, что один петербургский генерал, именно тот самый, у которого Глафира искала защиты от Горданова, Кишенского и компании, купил в их губернии прекрасное имение и по знакомству с Иваном Демьяновичем просил его рекомендовать из местных людей основательного и честного человека и поставить его немедленно в том имении управителем.
От одного размышления об этом Синтяниной становилось страшно, тем более, что Бодростин,
сообщив новость
о гордановском покаянии, ничем не умел пояснить и дополнить своих сказаний насчет Лары.
Уже при первом свидании с градоначальником предводитель почувствовал, что в этом сановнике таится что-то не совсем обыкновенное, а именно, что от него пахнет трюфелями. Долгое время он боролся с своею догадкою, принимая ее за мечту воспаленного съестными припасами воображения, но чем чаще повторялись свидания, тем мучительнее становились сомнения. Наконец он не выдержал и
сообщил о своих подозрениях письмоводителю дворянской опеки Половинкину.
На другое утро, во вторник, Алексей Александрович, проснувшись, с удовольствием вспомнил вчерашнюю победу и не мог не улыбнуться, хотя и желал казаться равнодушным, когда правитель канцелярии, желая польстить ему,
сообщил о слухах, дошедших до него, о происшедшем в комиссии.
Видя, в чем дело, я встал и резко заявил, что не могу теперь принять деньги, что мне
сообщили о жалованье, очевидно, ошибочно или обманом, чтоб я не отказался от места, и что я слишком теперь понимаю, что мне не за что получать, потому что никакой службы не было.
Неточные совпадения
— Через неделю. Ответ же ваш
о том, принимаете ли вы на себя ходатайство по этому делу и на каких условиях, вы будете так добры,
сообщите мне.
Он слышал, как его лошади жевали сено, потом как хозяин со старшим малым собирался и уехал в ночное; потом слышал, как солдат укладывался спать с другой стороны сарая с племянником, маленьким сыном хозяина; слышал, как мальчик тоненьким голоском
сообщил дяде свое впечатление
о собаках, которые казались мальчику страшными и огромными; потом как мальчик расспрашивал, кого будут ловить эти собаки, и как солдат хриплым и сонным голосом говорил ему, что завтра охотники пойдут в болото и будут палить из ружей, и как потом, чтоб отделаться от вопросов мальчика, он сказал: «Спи, Васька, спи, а то смотри», и скоро сам захрапел, и всё затихло; только слышно было ржание лошадей и каркание бекаса.
Он пообедал со стариком и разговорился с ним
о его домашних делах, принимая в них живейшее участие, и
сообщил ему все свои дела и все обстоятельства, которые могли интересовать старика.
Но для него, знавшего ее, знавшего, что, когда он ложился пятью минутами позже, она замечала и спрашивала
о причине, для него, знавшего, что всякие свои радости, веселье, горе, она тотчас
сообщала ему, — для него теперь видеть, что она не хотела замечать его состояние, что не хотела ни слова сказать
о себе, означало многое.
Левин по этому случаю
сообщил Егору свою мысль
о том, что в браке главное дело любовь и что с любовью всегда будешь счастлив, потому что счастье бывает только в себе самом. Егор внимательно выслушал и, очевидно, вполне понял мысль Левина, но в подтверждение ее он привел неожиданное для Левина замечание
о том, что, когда он жил у хороших господ, он всегда был своими господами доволен и теперь вполне доволен своим хозяином, хоть он Француз.