Неточные совпадения
Средством для этого она избрала едва ли не самое лучшее из всех средств — именно усиленную деятельность. Тотчас же после поминовения усопшего бабушка принялась самым энергическим образом за распорядки,
в которых, нимало друг другу не мешая, шли и хозяйственные мероприятия и
планы, и заботы о памяти мужа и об очистке всех его нравственных долгов.
Все это было стройно улажено
в ее голове, и она уже готовилась обрадовать этим Ольгу, но только прежде хотела знать на этот счет мнение Марьи Николаевны, которой и открыла весь
план свой.
Рассказав бабушке со всей откровенностью, как ей стали известны затруднения Марьи Николаевны, девушка
в трагической простоте изобразила состояние своей души, которая тотчас же вся как огнем прониклась одним желанием сделать так, чтобы богослов не мог и думать на ней жениться. За этим решением последовало обдумывание
плана, как это выполнить. Что могла измыслить простая, неопытная девушка? Она слыхала, что нельзя жениться на куме, и ей сейчас же пришло
в голову: зачем она не кума своему возлюбленному?
Говоря нынешним книжным языком, я, может быть, всего удачнее выразилась бы, сказав, что бабушка ни одной из своих целей не преследовала по особому, вдаль рассчитанному
плану, а достижение их пришло ей
в руки органически, самым простым и самым правильным, но совершенно незаметным образом, как бы само собою.
Он доходил до мысли: как освободить много, много угнетенных людей за один прием, сразу, и
в пылающей голове его неслись
план за
планом, один другого смелее и один другого несбыточнее.
Словом, тут надо всеми было какое-то одержание: точно какой-то дух бурен слетел и все возмутил и все перепутал, так что никто
в своем поведении не узнавал своих
планов и намерений. Все до того перебуровилось, что предводитель, для которого был подан особый дормез, бросил туда одну шинель, а сам опять сел на передней лавочке, и когда граф говорил: «Это нельзя; это невозможная женщина!», то предводитель с губернатором наперерыв отвечали...
Граф тем развлек тяжесть мыслей, что стал выспрашивать губернатора насчет этого «бродяги с зеленым глазом», который так дерзко с ним обошелся. Что касается княгини, то за нее граф еще не знал, как взяться. Он имел на нее
планы, при которых вредить ей не было для него выгодно: довольно было дать ей почувствовать, что сила не на ее стороне, но это гораздо благонадежнее было сделать не здесь, где она вокруг обросла на родных пажитях, а там,
в Петербурге, где за ней стать будет некому.
Одним словом, попасть к этому человеку было нелегко; но чем труднее Хлопову было проникнуть
в дом князя, тем он упорнее этого добивался и, наконец, схватился за один случай, который ему показался благоприятным. Князь был очень озабочен каким-то общественным делом, представлявшим почему-то неодолимые трудности. Хлопов нашел средство принести этому делу пользу и, встретив где-то князя Г., сообщил ему свой
план и просил позволения приехать к нему
в дом, с тем чтобы развить ему свою мысль подробнее.
Княгиня уже давно составляла
планы, как бы она щедро выделила дочь при замужестве и, устроив ее, тотчас же возвратилась бы с сыновьями к себе
в Протозаново.
Поводом к этому открытию послужило следующее незначительное обстоятельство: Кипренский, проложив основные
планы портретов молодых девиц, продолжал свою художественную работу
в большом секрете: он не хотел никого допускать
в мастерскую, пока картины не будут окончены.
Теперь этой «святой женщине» предстояло только избрать жениха княжне, но это ей было не трудно: жених уже был готов, он сам избрал себя
в это звание, и ему же принадлежал и весь объясненный мною
план, который графиня считала своим только по самообольщению.
Граф предоставлял до всего додуматься графине Антониде и ей же дарил весь почин дела: она должна была вызнать мысли княжны, внушить ей симпатию к этому
плану; забрать ее на свою сторону и, уверясь, что княжна
в случае решительного вопроса даст решительный же ответ
в желанном духе, граф предоставлял Хотетовой упросить и уговорить его на этот брак; а ему тогда останется только согласиться или не согласиться.
Граф, разумеется, не имел времени рассмотреть все
в подробности, но линии, проведенные на
планах, убедили его, что он получает за женою много, так много, как он не ожидал и сколько ни
в каком случае не мог бы взять, если бы женился не на княжне, а на самой княгине.
В городе об этом много говорили, так как это был дом довольно известный и старушку знали с хорошей стороны и сожалели ее, но
в мире купеческом, где на первом
плане интересы торговые, а нравы довольно жестокие, не осудили и сыновей, которые капитал берегли, а помирились с этим как есть и только изредка посматривали: кто кого
в этом споре переспорит?
Неточные совпадения
Так жаловался и плакал герой наш, а между тем деятельность никак не умирала
в голове его; там все хотело что-то строиться и ждало только
плана.
Можно было сравнить его внутреннее состояние души с разобранным строеньем, которое разобрано с тем, чтобы строить из него же новое; а новое еще не начиналось, потому что не пришел от архитектора определительный
план и работники остались
в недоуменье.
Словом, все было хорошо, как не выдумать ни природе, ни искусству, но как бывает только тогда, когда они соединятся вместе, когда по нагроможденному, часто без толку, труду человека пройдет окончательным резцом своим природа, облегчит тяжелые массы, уничтожит грубоощутительную правильность и нищенские прорехи, сквозь которые проглядывает нескрытый, нагой
план, и даст чудную теплоту всему, что создалось
в хладе размеренной чистоты и опрятности.
Видно было, что хозяин приходил
в дом только отдохнуть, а не то чтобы жить
в нем; что для обдумыванья своих
планов и мыслей ему не надобно было кабинета с пружинными креслами и всякими покойными удобствами и что жизнь его заключалась не
в очаровательных грезах у пылающего камина, но прямо
в деле.
«Ребята, вперед!» — кричит он, порываясь, не помышляя, что вредит уже обдуманному
плану общего приступа, что миллионы ружейных дул выставились
в амбразуры неприступных, уходящих за облака крепостных стен, что взлетит, как пух, на воздух его бессильный взвод и что уже свищет роковая пуля, готовясь захлопнуть его крикливую глотку.