Неточные совпадения
За дорогу бабушка имела время все это сообразить и сосчитать и, совсем
на этот счет успокоясь, была весела как прежде: она шутила с детьми и с Gigot, который сидел тут же в карете
на передней лавочке; делала Патрикею замечания о езде, о всходах озими и тому подобном; сходила пешком
на крутых спусках и, как «для моциона», так и «чтобы лошадей пожалеть», пешком же поднималась
на горы, причем обыкновенно задавала французу и детям задачу: кто лучше сумеет
взойти и не умориться.
Он ходил за ней по горам, смотрел на обрывы, на водопады, и во всякой рамке она была на первом плане. Он идет за ней по какой-нибудь узкой тропинке, пока тетка сидит в коляске внизу; он следит втайне зорко, как она остановится,
взойдя на гору, переведет дыхание и какой взгляд остановит на нем, непременно и прежде всего на нем: он уже приобрел это убеждение.
Я пошел тихо и часто оглядывался, ожидая, что Валек меня догонит; однако я успел
взойти на гору и подошел к часовне, а его все не было. Я остановился в недоумении: передо мной было только кладбище, пустынное и тихое, без малейших признаков обитаемости, только воробьи чирикали на свободе, да густые кусты черемухи, жимолости и сирени, прижимаясь к южной стене часовни, о чем-то тихо шептались густо разросшеюся темной листвой.
Неточные совпадения
Уж с утра до вечера и снова — // С вечера до самого утра — // Бьется войско князя удалого, // И растет кровавых тел
гора. // День и ночь над полем незнакомым // Стрелы половецкие свистят, // Сабли ударяют по шеломам, // Копья харалужные трещат. // Мертвыми усеяно костями, // Далеко от крови почернев, // Задымилось поле под ногами, // И
взошел великими скорбями //
На Руси кровавый тот посев.
Направо идет высокий холм с отлогим берегом, который так и манит
взойти на него по этим зеленым ступеням террас и гряд, несмотря
на запрещение японцев. За ним тянется ряд низеньких, капризно брошенных холмов, из-за которых глядят серьезно и угрюмо довольно высокие
горы, отступив немного, как взрослые из-за детей. Далее пролив, теряющийся в море; по светлой поверхности пролива чернеют разбросанные камни.
На последнем плане синеет мыс Номо.
Гора не высока и не крута, а мы едва
взошли и
на несколько минут остановились отдохнуть, отирая платками лоб и виски.
На рассвете раньше всех проснулся Дерсу. Затем встал я, а потом и другие. Солнце только что
взошло и своими лучами едва озарило верхушки
гор. Как раз против нашего бивака, в 200 шагах, бродил еще один медведь. Он все время топтался
на одном месте. Вероятно, он долго еще ходил бы здесь, если бы его не спугнул Мурзин. Казак взял винтовку и выстрелил.
Золотистым отливом сияет нива; покрыто цветами поле, развертываются сотни, тысячи цветов
на кустарнике, опоясывающем поле, зеленеет и шепчет подымающийся за кустарником лес, и он весь пестреет цветами; аромат несется с нивы, с луга, из кустарника, от наполняющих лес цветов; порхают по веткам птицы, и тысячи голосов несутся от ветвей вместе с ароматом; и за нивою, за лугом, за кустарником, лесом опять виднеются такие же сияющие золотом нивы, покрытые цветами луга, покрытые цветами кустарники до дальних
гор, покрытых лесом, озаренным солнцем, и над их вершинами там и здесь, там и здесь, светлые, серебристые, золотистые, пурпуровые, прозрачные облака своими переливами слегка оттеняют по горизонту яркую лазурь;
взошло солнце, радуется и радует природа, льет свет и теплоту, аромат и песню, любовь и негу в грудь, льется песня радости и неги, любви и добра из груди — «о земля! о нега! о любовь! о любовь, золотая, прекрасная, как утренние облака над вершинами тех
гор»