Неточные совпадения
— Судя
по нравам Англии и даже Польши, — говорил Бенни, —
я думал, что
меня или вовсе не захотят на порог пустить, или же примут так, чтобы
я чувствовал, что сделал мой товарищ, и
я готов был не обижаться, как бы жестко
меня ни приняли; но, к удивлению моему,
меня обласкали, и
меня же самого просили забыть о случившейся вчера за столом истории. Они
меня же сожалели, что
я еду с таким человеком, который так странно себя держит. Эта доброта поразила
меня и растрогала до слез.
Бенни в это время просто жил у
меня в Москве,
по совершенному недостатку средств к выезду, и от нечего делать приглядывался к московской жизни и
нравам и был принят в дома некоторых московских литераторов и ученых.
— Оно, конечно, воля Божия первей всего, — сказал старый Снежков, — однако ж все-таки нам теперь бы желательно ваше слово услышать, по тому самому, Патап Максимыч, что ваша Настасья Патаповна оченно
мне по нраву пришлась — одно слово, распрекрасная девица, каких на свете мало живет, и паренек мой тоже говорит, что ему невесты лучше не надо.
Xлынов. Никакого я в тебе, братец, ума не вижу. Какая мне может быть честь перед другими, если я его выкуплю! Все эти твои слова ни к чему. А все дело состоит: так как Васька на бубне даже очень хорошо стал понимать, и мне чрез это самое от него утешение, значит, я сам в одну минуту это дело кончаю. Потому, если кто
мне по нраву, тех трогать не смей.
Неточные совпадения
Пускай
меня отъявят старовером, // Но хуже для
меня наш Север во сто крат // С тех пор, как отдал всё в обмен на новый лад — // И
нравы, и язык, и старину святую, // И величавую одежду на другую //
По шутовскому образцу:
Почтеннейшее письмо ваше от 15-го сего месяца получить имел
я честь 23 сего же месяца, в коем вы изъявляете
мне свое желание иметь подробное известие о времени рождения и смерти, о службе, о домашних обстоятельствах, также и о занятиях и
нраве покойного Ивана Петровича Белкина, бывшего моего искреннего друга и соседа
по поместьям.
Парнишка из богатой купеческой семьи, очень скромный, неглупый, отличный музыкант, сестру его
я тоже знал, — милейшая девица, строгого
нрава, училась на курсах Герье, серьезно работала
по истории ренессанса во Франции.
Стародум. Фенелона? Автора Телемака? Хорошо.
Я не знаю твоей книжки, однако читай ее, читай. Кто написал Телемака, тот пером своим
нравов развращать не станет.
Я боюсь для вас нынешних мудрецов.
Мне случилось читать из них все то, что переведено по-русски. Они, правда, искореняют сильно предрассудки, да воротят с корню добродетель. Сядем. (Оба сели.) Мое сердечное желание видеть тебя столько счастливу, сколько в свете быть возможно.
В одном из прежних писем
я говорил о способе их действия: тут, как ни знай сердце человеческое, как ни будь опытен, а трудно действовать
по обыкновенным законам ума и логики там, где нет ключа к миросозерцанию, нравственности и
нравам народа, как трудно разговаривать на его языке, не имея грамматики и лексикона.