Неточные совпадения
По женскому суждению, во всем этом, о чем я сейчас начну рассказывать, был непростительно
виноват сам Гуго; но когда же у дам бывают другие виноватые, кроме мужей? Слушайте, пожалуйста, беспристрастно и рассудите дело
сами, без дамского подсказа.
Так это и осталось под некоторым сомнением: в какой мере был
виноват сей Иосиф за то, за что он пострадал, но что Пекторалис на сей раз получил жестокий удар своей железной воле — это было несомненно, — и хотя нехорошо и грешно радоваться чужому несчастью, но, откровенно вам признаюсь, я был немножко доволен, что мой самонадеянный немец, убедясь в недостатке воли у
самой Клары, получил такой неожиданный урок своему самомнению.
— Ну, теперь извольте говорить, что вы желаете? Если вы бедны, то вперед предупреждаю, что я бедным ничего не даю: всякий, кто беден,
сам в этом
виноват.
— Ну да уж что!.. Да признаться, — прибавил он после небольшого молчанья, — мне не на кого пенять,
сам виноват. Любил покуражиться!.. Люблю, черт возьми, покуражиться!
Кричат и секунданты, особенно мой: «Как это срамить полк, на барьере стоя, прощения просить; если бы только я это знал!» Стал я тут пред ними пред всеми и уже не смеюсь: «Господа мои, говорю, неужели так теперь для нашего времени удивительно встретить человека, который бы сам покаялся в своей глупости и повинился, в чем
сам виноват, публично?» — «Да не на барьере же», — кричит мой секундант опять.
Неточные совпадения
Думаю: теперь этот человек придет,
сам придет, и очень скоро; коль
виноват, так уж непременно придет.
— Никакой шум и драки у меня не буль, господин капитэн, — затараторила она вдруг, точно горох просыпали, с крепким немецким акцентом, хотя и бойко по-русски, — и никакой, никакой шкандаль, а они пришоль пьян, и это я все расскажит, господин капитэн, а я не
виноват… у меня благородный дом, господин капитэн, и благородное обращение, господин капитэн, и я всегда, всегда
сама не хотель никакой шкандаль.
В один стожище матерый, // Сегодня только сметанный, // Помещик пальцем ткнул, // Нашел, что сено мокрое, // Вспылил: «Добро господское // Гноить? Я вас, мошенников, //
Самих сгною на барщине! // Пересушить сейчас!..» // Засуетился староста: // — Недосмотрел маненичко! // Сыренько:
виноват! — // Созвал народ — и вилами // Богатыря кряжистого, // В присутствии помещика, // По клочьям разнесли. // Помещик успокоился.
Городничий. Ах, боже мой! Я, ей-ей, не
виноват ни душою, ни телом. Не извольте гневаться! Извольте поступать так, как вашей милости угодно! У меня, право, в голове теперь… я и
сам не знаю, что делается. Такой дурак теперь сделался, каким еще никогда не бывал.
— Меня очень занимает вот что, — сказал Левин. — Он прав, что дело наше, то есть рационального хозяйства, нейдет, что идет только хозяйство ростовщическое, как у этого тихонького, или
самое простое. Кто в этом
виноват?