Неточные совпадения
Отношения maman и Христи являли другую картину; по моим замечаниям, maman не без некоторой горечи видела мое исключительное пристрастие к Альтанскому, но нежно любила его
дочь. Однако, как они ни были друг к другу нежны, казалось, что между ними нет той тесноты
духовного единения, какая образовалась у нас с Иваном Ивановичем. Чтобы характеризовать их отношения, я могу сказать, что матушка любила Христю, а та ее… тоже любила, но гораздо менее, чем уважала.
H. Seuse (жизнеописание коего, составленное по записям его
духовной дочери Эльзбет Штагель, представляет собой один из благоуханнейших цветков католической мистики, напоминающий Fioretti Франциска Ассизского), этот любящий и нежный «Diener der ewigen Weisheit» [Слуга вечной мудрости (нем.).], мало склонен к мистическим спекуляциям.
Наташа тогда еще мало участвовала в общих беседах, больше молчала, но впоследствии, когда мне приводилось видеться с нею уже после смерти А. И., в ней я находил и его
духовную дочь, полную сознания — какого отца она потеряла. И чертами лица она всего больше походила на него.
Императрица-мать поняла все несчастье; она не находила ни слов, ни слез, чтобы выразить все, ею испытываемое: она оставалась неподвижною. Великий князь встал, вошел в алтарь и переговорил потихоньку с духовником императрицы-матери, отцом Криницким, который тотчас же направился медленными шагами к своей августейшей
духовной дочери и сказал, подавая ей крест:
Императрица часто, как мы знаем, от увеселения переходила к посту и молитвам. Начинались угрызения совести и плач о грехах. Она требовала к себе духовника. И являлся он, важный, степенный, холодный, и тихо и плавно лились из уст его слова утешения. Мало-помалу успокаивалась его державная
духовная дочь и в виде благодарности награждала его землями, крестьянами и угодьями. Одно его имение на Неве стоило больших денег.
Неточные совпадения
— Вы, как я слышал, собираетесь вступить в брак с
дочерью моего прихожанина и сына
духовного, князя Щербацкого? — прибавил он с улыбкой. — Прекрасная девица!
Говорили, впрочем, что хотя Грушенька и действительно была взята своим стариком из нищеты, но что семейства была честного и происходила как-то из
духовного звания, была
дочь какого-то заштатного дьякона или что-то в этом роде.
Главное же, утверждало его в этой вере то, что за исполнение треб этой веры он 18 лет уже получал доходы, на которые содержал свою семью, сына в гимназии,
дочь в
духовном училище.
Тогда у него не было ни лысины, ни лилового носа. Это был скромный и тихий человек из семинаристов, отвлеченный от
духовного звания женитьбой по любви на
дочери какого-то асессора, не желавшей быть ни дьяконицей, ни даже попадьей.
И сыновья и племянница хоть и проводили все почти время с гувернерами и учительницами, но после, начитавшись сначала «Четьи-миней» и «Патериков» об умерщвлении плоти угодниками, а потом мистических книг, незаметно для самих себя вошли в «тайну сокровенную». Старший остался холостым, а меньшой женился на одной бедной барышне, участнице «
духовного союза» Татариновой. Звали ее Варварой Петровной, у них была
дочь, но ходили слухи, что она была им не родная, а приемыш либо подкидыш.