Да! это свыше сил и воли!.. Я изменил себе и задрожал, Впервые за всю жизнь… давно ли Я трус?.. трус… кто это сказал… Я сам, и это правда… стыдно, стыдно, Беги, красней, презренный человек. Тебя, как и других, к земле прижал наш век, Ты пред собой лишь хвастался, как видно; О! жалко… право жалко… изнемог И ты под гнетом просвещенья! Любить… ты не умел… а мщенья Хотел… пришел и — и не мог!
Решено: Она умрет — я прежней твердой воле Не изменю! Ей, видно, суждено Во цвете лет погибнуть, быть любимой Таким, как я, злодеем, и любить Другого… это ясно!.. как же можно жить Ей после этого!.. ты, бог незримый, Но бог всевидящий — возьми ее, возьми; Как свой залог тебе ее вручаю — Прости ее, благослови — Но я не бог, и не прощаю!..
А за что же Тебя любить — за то ль, что целый ад Мне в грудь ты бросила? о, нет, я рад, я рад Твоим страданьям; боже, боже! И ты, ты смеешь требовать любви! А мало я любил тебя, скажи? А этой нежности ты знала ль цену? А много ли хотел я от любви твоей? Улыбку нежную, приветный взгляд очей — И что ж нашел: коварство и измену. Возможно ли! меня продать! — Меня за поцелуй глупца… меня, который По слову первому был душу рад отдать, Мне изменить? мне? и так скоро!..