Неточные совпадения
Далеко от сраженья, меж
кустов,
Питомец смелый трамских табунов,
Расседланный, хладея постепенно,
Лежал издохший конь; и перед ним,
Участием исполненный живым,
Стоял черкес, соратника лишенный;
Крестом сжав руки и кидая взгляд
Завистливый туда, на поле боя,
Он проклинать судьбу свою был рад;
Его печаль — была печаль героя!
И весь
в поту, усталостью томим,
К нему
в испуге подскакал Селим
(Он лук не напрягал еще, и стрелы
Все до одной
в колчане были целы).
И он
лежал в кустах, на земле, чужой всем людям и посторонний для жизни, которая со всею своею красотою, песнями и радостью проходила мимо него, — проходила в эту июльскую темную ночь.
Одни выставлялись на вид, а другие
лежали в кустах и оттуда пожирали взорами нубийскую деву, которая стояла на одном месте среди других таких же подруг, возлегших кругом ее цветною гирляндой.
Неточные совпадения
Вот он сидит у окна своей дачи (он живет на даче,
в нескольких верстах от города), подле него
лежит букет цветов. Он что-то проворно дописывает, а сам беспрестанно поглядывает через
кусты, на дорожку, и опять спешит писать.
Два мальчика
в тени ракиты ловили удочками рыбу. Один, старший, только что закинул удочку и старательно выводил поплавок из-за
куста, весь поглощенный этим делом; другой, помоложе,
лежал на траве, облокотив спутанную белокурую голову на руки, и смотрел задумчивыми голубыми глазами на воду. О чем он думал?
В конце дорожки,
в кустах, оказалась беседка; на ступенях ее
лежал башмак с французским каблуком и переплет какой-то книги;
в беседке стояли два плетеных стула, на полу валялся расколотый шахматный столик.
Каждый требовал себе излюбленный напиток. Кому подавалась ароматная листовка: черносмородинной почкой пахнет, будто весной под
кустом лежишь; кому вишневая — цвет рубина, вкус спелой вишни; кому малиновая; кому белый сухарный квас, а кому кислые щи — напиток, который так газирован, что его приходилось закупоривать
в шампанки, а то всякую бутылку разорвет.
«Бог одинаково живет во всех вещах, а вещь ничего не знает о Боге; и Он не открывается вещи, а она получает от Него силу, но по своему свойству, — или от его любви, или от его гнева; и от чего она берет ее, то и обнаруживается вовне, и если есть благо
в ней, то для злобы оно как бы закрыто, как вы можете видеть на примере
куста шиповника; еще более на других колючих вещах: из него ведь вырастает прекрасный душистый цветок, и
в нем
лежат два свойства любовное и враждебное, какое побеждает, то и дает плод» [IV, 343–344, § 49.].