Неточные совпадения
— Что ты? что ты? Печорин?.. Ах, Боже мой!.. да
не служил ли он на Кавказе?.. — воскликнул Максим Максимыч, дернув меня за рукав. У него
в глазах сверкала
радость.
Когда он ушел, ужасная грусть стеснила мое сердце. Судьба ли нас свела опять на Кавказе, или она нарочно сюда приехала, зная, что меня встретит?.. и как мы встретимся?.. и потом, она ли это?.. Мои предчувствия меня никогда
не обманывали. Нет
в мире человека, над которым прошедшее приобретало бы такую власть, как надо мною. Всякое напоминание о минувшей печали или
радости болезненно ударяет
в мою душу и извлекает из нее все те же звуки… Я глупо создан: ничего
не забываю, — ничего!
И теперь, здесь,
в этой скучной крепости, я часто, пробегая мыслию прошедшее, спрашиваю себя: отчего я
не хотел ступить на этот путь, открытый мне судьбою, где меня ожидали тихие
радости и спокойствие душевное?..
И неужели сие мечта, чтобы под конец человек находил свои радости лишь в подвигах просвещения и милосердия, а
не в радостях жестоких, как ныне, — в объядении, блуде, чванстве, хвастовстве и завистливом превышении одного над другим?
Неточные совпадения
А тот… но после всё расскажем, //
Не правда ль? Всей ее родне // Мы Таню завтра же покажем. // Жаль, разъезжать нет мочи мне: // Едва, едва таскаю ноги. // Но вы замучены с дороги; // Пойдемте вместе отдохнуть… // Ох, силы нет… устала грудь… // Мне тяжела теперь и
радость, //
Не только грусть… душа моя, // Уж никуда
не годна я… // Под старость жизнь такая гадость…» // И тут, совсем утомлена, //
В слезах раскашлялась она.
Увы, на разные забавы // Я много жизни погубил! // Но если б
не страдали нравы, // Я балы б до сих пор любил. // Люблю я бешеную младость, // И тесноту, и блеск, и
радость, // И дам обдуманный наряд; // Люблю их ножки; только вряд // Найдете вы
в России целой // Три пары стройных женских ног. // Ах! долго я забыть
не мог // Две ножки… Грустный, охладелый, // Я всё их помню, и во сне // Они тревожат сердце мне.
Что ж? Тайну прелесть находила // И
в самом ужасе она: // Так нас природа сотворила, // К противуречию склонна. // Настали святки. То-то
радость! // Гадает ветреная младость, // Которой ничего
не жаль, // Перед которой жизни даль // Лежит светла, необозрима; // Гадает старость сквозь очки // У гробовой своей доски, // Всё потеряв невозвратимо; // И всё равно: надежда им // Лжет детским лепетом своим.
Зато и пламенная младость //
Не может ничего скрывать. // Вражду, любовь, печаль и
радость // Она готова разболтать. //
В любви считаясь инвалидом, // Онегин слушал с важным видом, // Как, сердца исповедь любя, // Поэт высказывал себя; // Свою доверчивую совесть // Он простодушно обнажал. // Евгений без труда узнал // Его любви младую повесть, // Обильный чувствами рассказ, // Давно
не новыми для нас.
Подошедши к бюро, он переглядел их еще раз и уложил, тоже чрезвычайно осторожно,
в один из ящиков, где, верно, им суждено быть погребенными до тех пор, покамест отец Карп и отец Поликарп, два священника его деревни,
не погребут его самого, к неописанной
радости зятя и дочери, а может быть, и капитана, приписавшегося ему
в родню.