Природа с своими вечными уловками и экономическими хитростями дает юность человеку, но человека сложившегося
берет для себя, она его втягивает, впутывает в ткань общественных и семейных отношений, в три четверти не зависящих от него, он, разумеется, дает своим действиям свой личный характер, но он гораздо меньше принадлежит себе, лирический элемент личности ослаблен, а потому и чувства и наслаждение — все слабее, кроме ума и воли.
Неточные совпадения
— Ничего, ладно, настрыкается, — продолжал старик. — Вишь, пошел… Широк ряд
берешь, умаешься… Хозяин, нельзя,
для себя старается! А вишь подрядье-то! За это нашего брата по горбу бывало.
— Вы уже знаете, я думаю, что я нынче в ночь еду в Москву и
беру вас с
собою, — сказал он. — Вы будете жить у бабушки, a maman с девочками остается здесь. И вы это знайте, что одно
для нее будет утешение — слышать, что вы учитесь хорошо и что вами довольны.
Немало было и всяких сенаторских нахлебников, которых
брали с
собою сенаторы на обеды
для почета, которые крали со стола и из буфетов серебряные кубки и после сегодняшнего почета на другой день садились на козлы править конями у какого-нибудь пана.
Лето проводила в огороде и саду: здесь она позволяла
себе, надев замшевые перчатки,
брать лопатку, или грабельки, или лейку в руки и,
для здоровья, вскопает грядку, польет цветы, обчистит какой-нибудь куст от гусеницы, снимет паутину с смородины и, усталая, кончит вечер за чаем, в обществе Тита Никоныча Ватутина, ее старинного и лучшего друга, собеседника и советника.
Да, действительно, подозрение важное, и во-первых — тотчас же колоссальные улики, его подтверждающие: один убивает и
берет все труды на
себя, а другой сообщник лежит на боку, притворившись в падучей, — именно
для того, чтобы предварительно возбудить во всех подозрение, тревогу в барине, тревогу в Григории.