Неточные совпадения
Как пробужденная
от сна, вскочила Ольга, не веруя глазам своим; с минуту пристально вглядывалась в лицо седого ловчего и наконец воскликнула с внезапным восторгом: «так он меня не забыл? так он меня любит? любит! он хочет бежать со мною, далеко, далеко…» — и она прыгала и едва не целовала шершавые руки охотника, — и смеялась и
плакала… «нет, — продолжала она, немного успокоившись, — нет! бог не потерпит, чтоб люди нас разлучили, нет, он мой, мой на земле и в могиле, везде мой, я купила его слезами кровавыми, мольбами,
тоскою, — он создан для меня, — нет, он не мог забыть свои клятвы, свои ласки…»
Неточные совпадения
А не всем рекам такая слава. // Вот Стугна, худой имея нрав, // Разлилась близ устья величаво, // Все ручьи соседние пожрав, // И закрыла Днепр
от Ростислава, // И погиб в пучине Ростислав. //
Плачет мать над темною рекою, // Кличет сына-юношу во мгле, // И цветы поникли, и с
тоскою // Приклонилось дерево к земле.
Дружба, как бы она ни была сильна, едва ли удержит кого-нибудь
от путешествия. Только любовникам позволительно
плакать и рваться
от тоски, прощаясь, потому что там другие двигатели: кровь и нервы; оттого и боль в разлуке. Дружба вьет гнездо не в нервах, не в крови, а в голове, в сознании.
Дня два после разговора о том, что они жених и невеста, Верочка радовалась близкому освобождению; на третий день уже вдвое несноснее прежнего стал казаться ей «подвал», как она выражалась, на четвертый день она уж поплакала, чего очень не любила, но поплакала немножко, на пятый побольше, на шестой уже не
плакала, а только не могла заснуть
от тоски.
— Как же ты мог любить, когда совсем не знал меня? Да я тебе и не нравилась. Тебе больше нравилась Харитина. Не отпирайся, пожалуйста, я все видела, а только мне было тогда почти все равно. Очень уж надоело в девицах сидеть.
Тоска какая-то, все не мило. Я даже злая сделалась, и мамаша
плакала от меня. А теперь я всех люблю.
Вот рядом с ним черноусый рыбак с Прута;
плачет, не желая умирать, и на его лице, бледном
от предсмертной
тоски, потускнели веселые глаза, и усы, смоченные слезами, печально обвисли по углам искривленного рта.