Когда Вадим заметил, что его помощники вовсе не расположены следовать за ним без отдыха для отыскания неверной добычи, особенно имея перед глазами две миловидные
бочки вина, то, подъехав к Орленке, он взял его за руку и молвил: «итак сегодня нет надежды!»
Неизменный обед с выбором тулунгуши, [Тулунгуши — распорядитель пира.]
бочки вина, поставленные под чинарами, шумные тосты, порою сазандары, нанятые на время пира, удалая джигитовка, стрельба из ружей и, наконец, милая родная лезгинка под стон зурны и жалобные струны чиунгури — все это сопровождало каждое семейное торжество.
Неточные совпадения
Глядишь — и площадь запестрела. // Всё оживилось; здесь и там // Бегут за делом и без дела, // Однако больше по делам. // Дитя расчета и отваги, // Идет купец взглянуть на флаги, // Проведать, шлют ли небеса // Ему знакомы паруса. // Какие новые товары // Вступили нынче в карантин? // Пришли ли
бочки жданных
вин? // И что чума? и где пожары? // И нет ли голода, войны // Или подобной новизны?
Та
Бочка для
вина брана откупщиком, // И настоялась так в два дни она
вином, // Что винный дух пошёл от ней во всём: // Квас, пиво ли сварят, ну даже и в съестном.
Две
Бочки ехали; одна с
вином, // Другая // Пустая. // Вот первая — себе без шуму и шажком // Плетётся, // Другая вскачь несётся; // От ней по мостовой и стукотня, и гром, // И пыль столбом; // Прохожий к стороне скорей от страху жмётся, // Её заслышавши издалека. // Но как та
Бочка ни громка, // А польза в ней не так, как в первой, велика.
Вронский любил его и зa его необычайную физическую силу, которую он большею частью выказывал тем, что мог пить как
бочка, не спать и быть всё таким же, и за большую нравственную силу, которую он выказывал в отношениях к начальникам и товарищам, вызывая к себе страх и уважение, и в игре, которую он вел на десятки тысяч и всегда, несмотря на выпитое
вино, так тонко и твердо, что считался первым игроком в Английском Клубе.
Даже, бывало, в праздничные дни, дни всеобщего жалованья и угощения хлебом-солью, гречишными пирогами и зеленым
вином, по старинному русскому обычаю, — даже и в эти дни Степушка не являлся к выставленным столам и
бочкам, не кланялся, не подходил к барской руке, не выпивал духом стакана под господским взглядом и за господское здоровье, стакана, наполненного жирною рукою приказчика; разве какая добрая душа, проходя мимо, уделит бедняге недоеденный кусок пирога.