Изволь, тебя утешить можно. Ты знаешь Оленьку — она, Бедняжка, в князя влюблена. Он для нее езжал ко мне, меж ними Что было, я не знаю, только всё Упало на жену, намеками своими Ты очернил ее! Но я хотел знать правду… и не много Трудился — Оленька призналась: строго Я поступил, — но требует нужда, Она мой дом оставит навсегда.
Не знает! О, невинность! Посмотрите, Какой серьезный вид и недовольный взор. Да я не знал, что вы такой актер; А для кого, скажите-ка по чести, Езжали вы к нему так часто в дом, А кто с утра ждал под окном, Как вы проедете… уж я на вашем месте Теперь, когда открылося, когда Она без крова, жертвою стыда, Осуждена искать дневного пропитанья, Уж я женился бы… хотя б из состраданья.
Правду говорили мне в Аяне! Иногда якут вдруг остановится, видя, что не туда завел, впереди все одно: непроходимое и бесконечное топкое болото, дорожки не видать, и мы пробираемся назад. Пытка! Кучер Иван пытается утешать, говорит, что «никакая дорога без лужи не бывает, сколько он ни езжал». Это правда.