С помощью переводчицы Ильзы Вольдемар объяснил татарскому начальнику, а этот передал, кому нужно было, что они сделали от Нейгаузена близ шести миль, что они находятся в трех верстах от заставы шведской, состоящей из эскадрона рейтар и расположенной за речкою Шварцбах, что при переправе
будет работа коням и что для часового отдыха не найти лучшего места, как то, где они находились.
Неточные совпадения
В одно время он вовсе покинул
работу, скрылся — и целый месяц не слышно
было стуку его молотка.
Если б надобно
было отгадывать его лета, то по приятным, тонким чертам его смуглого лица, по огню его карих глаз нельзя
было б ему дать более тридцати лет; но проведенные по возвышенному челу его глубокие следы размышления,
работы сильных страстей или угнетения гневной судьбы, предупредивши время, накидывали в счете лет его еще несколько.
— И поделом! — примолвил Вульф. — Лучше
было помогать отцу
работой и молиться дома, чем шататься, как сумасбродный, куда глаза глядят, без цели и пользы. Ты, верно, скоро исправился?
Обгорелый шест, которого концы опирались на двух камнях, держал медный котелок с водою; один из этих камней обставлен
был сковородою с остатками изжаренной с луком жирной почки, облупленным подносом с изукрашенным золотыми цветами карафином [Карафин — графин.], с двумя серебряными чарами, расписанными чернью,
работы устюжской, и узорочною серебряною братиною [Братина — сосуд для вина и пива.] с кровлею, вероятно, жалованною царями кому-нибудь из родителей собеседников при милостивом слове.
Помнишь — ведь это
было при тебе, — когда он выковал на заводе под Калугою восемнадцать пуд железа своими царскими руками, а заводчик-то Миллер хотел подслужиться ему (дескать, он такой же царь, каких видывал я много) и отсчитал ему за
работу восемнадцать желтопузиков, что ты пожаловал теперь; что ж наш государь-батюшка! — грозно посмотрел на него и взял только, что ему следовало наравне с другими рабочими, — восемнадцать алтын, да и то на башмаки, которые, видел ты,
были у него тогда худеньки, как у меня теперь!
По всем стенам, кроме той, в которой
была дверь, стояли сплошные шкапы простой, однако ж крепкой
работы.
Когда Луиза со своим воспитателем проходила полем, крестьяне еще издали скидали шляпу, оставляли свои
работы и долго следовали за нею глазами и благословениями. В деревне приветствиям их не
было конца.
Кучера толкали друг друга, второпях брались за чужих лошадей; лошади
были расседланы, подпруги и уздечки порваны у иных, у других постромки экипажей подрезаны, сбруя разбросана и перемешана. Госпожи ахали, метались в разные стороны, плакали, ломали себе руки (падать в обморок
было некогда); господа сами бегали в конюшни и по задним дворам, чтобы помочь служителям оседлать лошадей, выгородить экипажи и сделать разные низкие
работы, за которые, в другое время, не взяли бы тысячей.
«Действительно, я у Разумихина недавно еще хотел
было работы просить, чтоб он мне или уроки достал, или что-нибудь… — додумывался Раскольников, — но чем теперь-то он мне может помочь? Положим, уроки достанет, положим, даже последнею копейкой поделится, если есть у него копейка, так что можно даже и сапоги купить, и костюм поправить, чтобы на уроки ходить… гм… Ну, а дальше? На пятаки-то что ж я сделаю? Мне разве того теперь надобно? Право, смешно, что я пошел к Разумихину…»
А козаки все до одного прощались, зная, что много
будет работы тем и другим; но не повершили, однако ж, тотчас разлучиться, а повершили дождаться темной ночной поры, чтобы не дать неприятелю увидеть убыль в козацком войске.
Сам он тоже не посещал никого; таким образом меж ним и земляками легло холодное отчуждение, и
будь работа Лонгрена — игрушки — менее независима от дел деревни, ему пришлось бы ощутительнее испытать на себе последствия таких отношений. Товары и съестные припасы он закупал в городе — Меннерс не мог бы похвастаться даже коробком спичек, купленным у него Лонгреном. Он делал также сам всю домашнюю работу и терпеливо проходил несвойственное мужчине сложное искусство ращения девочки.
Неточные совпадения
Вблизи ли производилась
работа — он
был вдали от нее;
была ли она вдали — его глаза отыскивали, что
было поближе.
— Я уж знала это: там все хорошая
работа. Третьего года сестра моя привезла оттуда теплые сапожки для детей: такой прочный товар, до сих пор носится. Ахти, сколько у тебя тут гербовой бумаги! — продолжала она, заглянувши к нему в шкатулку. И в самом деле, гербовой бумаги
было там немало. — Хоть бы мне листок подарил! а у меня такой недостаток; случится в суд просьбу подать, а и не на чем.
— Да уж в работниках не
будете иметь недостатку. У нас целые деревни пойдут в
работы: бесхлебье такое, что и не запомним. Уж вот беда-то, что не хотите нас совсем взять, а отслужили бы верою вам, ей-богу, отслужили. У вас всякому уму научишься, Константин Федорович. Так прикажите принять в последний раз.
При
работах он уже присутствовал почти без вниманья: мысли
были далеко, глаза отыскивали посторонние предметы.
Около четверти часа с лишком провозился он с кузнецами, покамест сладил, потому что кузнецы, как водится,
были отъявленные подлецы и, смекнув, что
работа нужна к спеху, заломили ровно вшестеро.