Лишить себя приятной вещи, чтобы отдать ее бедному;
помнить добро, ей сделанное кем бы то ни было; пожертвовать своим спокойствием для угождения другим; терпеливо сносить слабости тех, с которыми она жила; быть верною дружбе, несмотря на перемену обстоятельств, и особенно преданною своему благодетелю — таковы были качества девицы Рабе.
Неточные совпадения
— И кровь остановилась.
Помню, как
добрый господин всплеснул руками, ахал, пожимал плечами, обнимал тебя и обещал тебе груды золота за открытие твоей тайны.
— Как теперь
помню, ты сказал мне: «
Добро пожаловать, гость желанный!»
— Вот это винцо! — вскричал Никласзон, выпивая рюмку за рюмкою. —
Помянуть можно покойников, что оставили нам это
добро, не вкусивши его. Нет, в замке Гельмет люди жили поумнее и теперь живут так же: наслаждались и наслаждаются не только своим, даже и чужим; а деткам велят добывать
добро трудами своими. — Он наставил себе горлышко бутылки в рот.
— Слава богу! пришлось нам еще раз увидеть ее. Да пошлет ей мать Лайма [Лайма — богиня счастия, которую латыши нередко и теперь
поминают при желании кому
добра.] несчетные годы, чтобы правнуки наши могли ею радоваться.
— Ты что это вздумал?.. — горячо заговорил Сергей Андреич. — Сочти-ка, много ль раз ты из петли меня вынимал, сколько от тебя я видел добра? Без тебя давно бы нищим я был. Алешка, что ль, я, чтоб не
помнить добра?.. Неси скорей — долг платежом красён.
— Да… вот видите! сейчас вы сказали, что
помните добро, которое вам сделал отец, а между тем ссоритесь со стариком! Дурно это, Антон Валерьяныч, нехорошо-с! — не то укорял, не то шутил Петенька.
Неточные совпадения
— Покойник муж действительно имел эту слабость, и это всем известно, — так и вцепилась вдруг в него Катерина Ивановна, — но это был человек
добрый и благородный, любивший и уважавший семью свою; одно худо, что по доброте своей слишком доверялся всяким развратным людям и уж бог знает с кем он не пил, с теми, которые даже подошвы его не стоили! Вообразите, Родион Романович, в кармане у него пряничного петушка нашли: мертво-пьяный идет, а про детей
помнит.
Ты, может быть, думаешь, глядя, как я иногда покроюсь совсем одеялом с головой, что я лежу как пень да сплю; нет, не сплю я, а думаю все крепкую думу, чтоб крестьяне не потерпели ни в чем нужды, чтоб не позавидовали чужим, чтоб не плакались на меня Господу Богу на Страшном суде, а молились бы да
поминали меня
добром.
― Ты его у меня встретил раз,
помнишь?
Добрый малый.
— Лекарская? — повторила Фенечка и повернулась к нему. — А знаете что? Ведь с тех пор, как вы мне те капельки дали,
помните? уж как Митя спит хорошо! Я уж и не придумаю, как мне вас благодарить; такой вы
добрый, право.
«Странный человек этот лекарь!» — думала она, лежа в своей великолепной постели, на кружевных подушках, под легким шелковым одеялом… Анна Сергеевна наследовала от отца частицу его наклонности к роскоши. Она очень любила своего грешного, но
доброго отца, а он обожал ее, дружелюбно шутил с ней, как с ровней, и доверялся ей вполне, советовался с ней. Мать свою она едва
помнила.