Неточные совпадения
Но двадцатилетний герой, окруженный восторженными раннею его славою офицерами и солдатами, переходя
от торжества
к торжеству, грезил только
победами и мало заботился об утешительных ожиданиях своих подданных.
Иногда профессор истории, среди красноречивого повествования о
победах Александра Великого,
от которых передвигался с места на место парик ученого, густые брови его колебались, подобно Юпитеровым бровям в страх земнородным, и кафедра трещала под молотом его могущей длани, — иногда, говорю я, великий педагог умильно обращался
к Адольфу со следующим возгласом...
От самого короля узнал он, что отправляется курьером
к Шлиппенбаху с известием о новых
победах и обещаниями скоро соединиться с лифляндским корпусом в Москве.
Желая скрыть свое настоящее имя, он выдал себя за трабантского офицера Кикбуша, только что вчера прибывшего из армии королевской с известиями
к генерал-вахтмейстеру о новых
победах и теперь, по исполнении своего дела, возвращающегося в армию; присовокупил, что между тем ему дано
от генерала поручение заехать по дороге в Гельмет и доложить баронессе о немедленном приезде его превосходительства; что он остановлен у корчмы видом необыкновенной толпы, угадал тайну актеров и просит позволения участвовать в их шутке.
Неточные совпадения
«В сущности, это —
победа, они победили», — решил Самгин, когда его натиском толпы швырнуло в Леонтьевский переулок. Изумленный бесстрашием людей, он заглядывал в их лица, красные
от возбуждения, распухшие
от ударов, испачканные кровью, быстро застывавшей на морозе. Он ждал хвастливых криков, ждал выявления гордости
победой, но высокий, усатый человек в старом, грязноватом полушубке пренебрежительно говорил, прислонясь
к стене:
После всех пришел Марк — и внес новый взгляд во все то, что она читала, слышала, что знала, взгляд полного и дерзкого отрицания всего,
от начала до конца, небесных и земных авторитетов, старой жизни, старой науки, старых добродетелей и пороков. Он, с преждевременным триумфом, явился
к ней предвидя
победу, и ошибся.
— Не будьте, однако, слишком сострадательны: кто откажется
от страданий, чтоб подойти
к вам, говорить с вами? Кто не поползет на коленях вслед за вами на край света, не только для торжества, для счастья и
победы — просто для одной слабой надежды на
победу…
Воля
к победе должна быть поставлена в зависимость
от наших творческих исторических задач, а не
от наших отрицательных оценок нравственных свойств немцев.
Должна ли ослабеть
от этого наша воля
к победе, наше сознание исторических задач, падает ли
от этого оправдание войны?